Создатель Самого МВД

Не стоит кругом искать символику, так можно до конспирологии докатиться. Но всё же. Два месяца назад умирает Виктор Анпилов. А теперь – на фоне известных событий – уходит из жизни его враг из дней октябрьского побоища 1993-го. Скончался Виктор Ерин – министр внутренних дел накалённых ельцинских лет. Фактический основатель МВД современной России. Немногие сейчас понимают, что умер далеко не рядовой мент, а символическая фигура большой эпохи. Которую безуспешно пытаются обнулить – а она всё равно прорывается.

Он скончался 19 марта, но официальная информация появилась только сегодня. «Жизнь Виктора Фёдоровича Ерина – достойный пример служения закону и народу. Большой опыт руководителя и организатора, широкий кругозор, высокая внутренняя культура, душевная щедрость и внимание к людям, готовность прийти на помощь…» – это перечисление достоинств с официального сайта МВД. И, вероятно, не зря. Есть авторитетные свидетельства, подтверждающие эти слова.

«Виктор Ерин. В нём я был уверен. Уверен, как в самом себе. Я видел Виктора Фёдоровича в разных ситуациях. И в радостные минуты, и в тяжёлые. Я открыл для себя глубокого, умного, очень совестливого человека. Уж не говорю о том, как его уважают в милиции, о его профессиональных качествах. Человек он замечательный», – вспоминал Борис Ельцин в «Записках президента». С противоположного конца звучали не менее яркие характеристики. Коммунисты и державники из газеты «Завтра» 1990-х называли Виктора Фёдоровича «Ерингом». Интеллектуальные леваки писали в таком духе: «Фашизм – это не Жириновский. Фашизм будет, когда банки и корпорации, поддерживающие сейчас Чубайса, сориентируются на Жириновского. Но и то не сразу, а лишь после того, как к ним подтянутся силовики типа Ерина».

Такой вот не задавшийся альтернативный путь российской истории. Не подарок был бы, наверное. Но вряд ли хуже того, который случился. Режим, которым пугали свою аудиторию социалистические публицисты, смотрелся бы не столь позорно. Судить можно по фигуре того же Ерина. Было в этом человеке что-то настоящее, как во всей лихой эпохе девяностых. Хоть и не луч света в тёмном царстве. И не сказать, чтобы такая уж гроза разбойной голытьбы. Но, по крайней мере, профессионал без политических истерик, без глупого пафоса, без гнилого холуйства. Мужик из советской провинции понимал жизнь, умел сам выбирать и решать.

Виктор Ерин родился в Казани 17 января 1944 года. С 16 лет работал слесарем-инструментальщиком на Казанском авиазаводе. Были в те годы такие темы, как «комсомольский набор» – он привёл Ерина в Казанский филиал Елабужской милицейской школы. Видимо, партийные кураторы органов МВД посчитали молодого рабочего благонадёжным кадром. Умели же они ошибаться.

Милицейскую школу Ерин с отличием окончил в 1967 году. Служить начал раньше, с 1964-го. Служил, между прочим, в Казани. Начинал с оперуполномоченного. Шёл по линии угрозыска, курировал работу с агентурой. Повторимся: в Казани. Шире – в Татарской АССР. Где годами гремела речёвка «Хади Такташ – весь город наш!», группировка «Тяп-Ляп» в 1978 году просто-напросто на день свергала советскую власть, а от милиции не только отстреливались из обрезов, но и кидали гранаты. Вот такая профессиональная школа.

В 1980–1983-м Виктор Ерин возглавлял Управление угрозыска татарского МВД. Видимо, с не худшими показателями. Иначе вряд ли бы именно ему поручили создавать оперативно-розыскное спецподразделение в Афганистане. Чем он занимался в самом начале 1980-х, на первом этапе Афганской войны.

«Научили их основам взрывного дела, пользованию гранатомётами, автоматами, пулемётами, умению прикрываться бронёй, – рассказывает сайт «Герои страны» в материале, посвящённом Ерину. – Научить же оперативно-розыскной работе в условиях Афганистана не смогли, так как сами учителя обстановкой по Афганистану не владели. Ерин командовал группой сотрудников внутренних дел из 50 человек. Участвовали в проведении и своих оперативных мероприятий, и войсковых операций. Приобрели некоторый опыт, на котором потом уже учили других».

Опыт был многогранен. В Перестройку добавился новый. Ерин – первый замминистра внутренних дел Армянской ССР в конце 1980-х. «Карабах – дьявольская камнедробилка, перемоловшая СССР», – из той же газеты «Завтра», когда она ещё называлась «День». Потом – замминистра внутренних дел РСФСР, начальник криминальной милиции (по одному названию службы ощущалось пришествие новых времён). И вот тут резко сказался наработанный десятилетиями опыт: генерал-майор милиции Виктор Ерин открыто выступил за департизацию органов МВД.

Одним из первых в советской милиции Ерин вышел из КПСС. В мае 1991 года. Подчеркнём: в мае. Ещё три месяца до Августовского путча. Ещё месяц до избрания Ельцина президентом России! Такие хронологические детали – отнюдь не пустяки. Для бюрократии-то, тем более силовой.

Во время путча Виктор Ерин решительно поддержал Ельцина. Премьер-министра СССР и председателя Верховного Совета СССР он арестовывал лично. Босс, ещё не освоивший свою фирменную манеру отбрасывания верных, это заметил и даже оценил. Генерал-лейтенант милиции Ерин был назначен первым заместителем главы министерства безопасности и внутренних дел, созданного 19 декабря 1991-го. МБВД просуществовало недолго. Многих не устроила перспектива реставрации НКВД, объединяющего в едином ведомстве все виды сыскных и карательных органов – полицию и госбезопасность, правоохрану и спецслужбу. Уже 14 января 1992-го указ президента о создании «нового хищника» был отменён Конституционным судом (ну-ка попробуем перенести подобное на наши времена). А 15 января министром внутренних дел России уже был Виктор Ерин. C 9 мая 1992-го – генерал-полковник внутренней службы.

Многим это не понравилось. Особенно генералу армии Виктору Баранникову и генерал-лейтенанту Андрею Дунаеву. Первый стал министром безопасности, второй – заместителем министра внутренних дел. Резоны Дунаева, только что занимавшего министерский пост, выглядели вполне понятными. С Баранниковым было масштабнее. «Только вооружённые отряды могут обеспечить успех реформ», – провозглашал он осенью 1991-го. И выражал некоторое сожаление в связи с тем, что система наблюдения и профилактирования в послесталинском СССР охватила лишь 400 тысяч человек: «Можно ли при такой цифре говорить о тотальной слежке?» Вот недоследили и державу развалили.

В те недели такие речи отражали нешуточные дела. Избранный в самом конце года вариант реформ – роспуск СССР, независимость республик, запуск в России рыночных механизмов до создания рыночной инфраструктуры (ибо ждать её появление означало лететь в коллапс), сохранение демократических свобод – ещё в сентябре-октябре был вовсе не предрешён. Влиятельные боссы новой номенклатуры видели иной путь, в духе польского декабря-1981: «ГКЧП-2» под председательством Ельцина, директивная централизация, военные комиссары на заводах, фиксация цен и зарплат, а под всё это ещё и восстановление испытанных структур КПСС на подхвате у администраций.

Несложно представить, какими крантами обернулось бы всё это в тогдашней ситуации. Между тем, к этому склонялись серьёзные люди из ельцинского окружения – госсоветник и будущий секретарь Совбеза (предшественник Николая Патрушева!) Юрий Скоков, вице-президент Александр Руцкой… Голос Баранникова звучал с особой авторитетностью. И отсутствие в этом хоре Ерина сыграло роль в исходе. Что тут было от идейной позиции, что от служебной твёрдости, что от элементарной верности старшему – не нам разбираться. Но важен результат.

И Баранников, и Дунаев закономерно поддержали «белодомную» сторону в ностальгически-державном путче сентября-октября 1993-го («На совещание у товарища Баранникова – 10 бутылок водки» – из накладной парламентского буфета). Ерин занял противоположную позицию. Силовой ресурс МВД – так ли, этак ли, оценить по-разному можно – перекрывал атаку реванша до подхода армейских танков. «Москвичи не могли понять, будет их кто-то защищать от вооружённых бандитов или они останутся против фашистов с автоматами один на один. Ерин в нескольких словах доложил, как шла организованная атака на его людей, как под натиском вооруженной толпы милиция вынуждена была отступить, где-то и разбежаться, – вспоминал президент в «Записках». – Резиновые дубинки и щиты против автоматов, зажигательных бутылок, обрезов и заточек. Я позвонил Ерину, сказал, что его ребятам надо продержаться совсем немного, скоро подойдёт подмога».

Что творила милиция в Москве после разгрома путчистов – тема отдельная. Звание Героя России – соответствующий указ был издан 7 октября 1993 года – Виктор Ерин получил не за это. Наступление сегодняшнего на несколько лет отдалилось. Не без помощи министра Ерина.

Министром Виктор Ерин оставался до 30 июня 1995 года. Получается, не так уж долго. Всего три с половиной года. Не одними ведомственными интригами и политическими боями занимался Ерин на правительственном посту. Изо дня в день тянулась милицейская рутина, воз постепенно сдвигался. Еринские программы резкого сбивания преступности в 1992 году выглядели, мягко говоря, излишне амбициозными. Но какая-никакая правоохрана была создана уже в начале тех самых 1990-х годов. На советских руинах она конструировалась практически заново. Именно Виктор Ерин заложил основы МВД России. Прямо скажем, такая оценка звучит более чем двусмысленно. Провалов было много, о результате промолчим. Но – кто может, пусть делает лучше. Зато хуже смогли бы очень многие, тут сомнений нет.

Первая чеченская война многое обрушила в стране. После катастрофического теракта в Будённовске (Ерин лично был на месте событий) Ельцин сменил руководителя МВД. Но ещё несколько лет Ерин оставался силовиком. До 2000 года он был заместителем директора Службы внешней разведки – специализировался на сотрудничестве с польскими спецслужбами против наркомафии и терроризма. В последний ельцинский год начал консультировать руководство Центробанка по своей тематике. На пенсию Ерин вышёл в 2001-м. Каких-то высказываний по ситуации от него слышно не было. Неизвестно, что думал профессионал угрозыска о сегодняшней полиции, о политическом уклоне в президентскую госбезопасность, о приоритете «антиэкстремистского» подразделения, о преторианской Росгвардии…

С 2005 года Виктор Ерин состоял в совете директоров Мотовилихинских заводов. Что и стало его последним направлением деятельности. Гораздо более продолжительным, нежели возглавление МВД. Которым он вошёл в историю. Способную повторяться.

Роман Андреев, специально для «В кризис.ру»