Стоимость российской нефти марки Urals достигла максимума за 13 лет — $116,05 за баррель. Это почти вдвое выше среднего уровня $59, заложенного в бюджет на текущий год.
Рост цен связан с войной на Ближнем Востоке. Иран фактически перекрыл около пятой части мировых поставок нефти через Ормузский пролив. Дополнительным фактором стало решение Дональда Трампа временно вывести из‑под санкций продажу российской нефти и нефтепродуктов, загруженных на суда до 12 марта. Лицензия действует до 11 апреля, что резко увеличило спрос на российскую нефть.
Эти послабления сильно подбросили спрос на российскую нефть. Путинский пресс-секретарь Песков, комментируя это решение, не без основания объявил, что желающих приобрести российскую нефть «много», а рынки «широкие».
Есть, впрочем, в этой бочке мёда даже не ложка, а целый черпак дёгтя. Воспользоваться этой прекрасной сырьевой конъюнктурой в полной мере не получится. Из-за атак Украины, которые практически парализовали ключевые узлы экспорта.
На Новороссийск, включая терминал Каспийского трубопроводного консорциума и нефтеналивной порт «Шесхарис», приходится примерно 20—25% общего объёма морского экспорта сырой нефти из РФ.
«Шесхарис» — крупнейший узел экспорта нефти на юге России был атакован позавчера. Эта атака стала одной из самых разрушительных для южной нефтяной инфраструктуры России. Отгрузка нефти через терминал до сих пор полностью остановлена. Терминал, обычно отгружающий около 700 тысяч баррелей в сутки, не функционирует до завершения оценки ущерба и проведения ремонтных работ. И это не впервые. После удара 2 марта терминал смог возобновить работу лишь через неделю. Тогда беспилотники вывели из строя шесть из восьми погрузочных площадок.
На балтийские порты — Усть-Луга и Приморск — приходится около 40% мощностей России по экспорту нефти. Сегодня ночью порт Усть-Луга в пятый раз атаковали украинские дроны. Этот удар может стать критическим. После предыдущей атаки 2 апреля в этом порту уничтожены 11 нефтяных резервуаров и нефтеналивной причал «Усть-Луга Ойл». Погрузка нефти едва успела возобновиться. В апреле серии ударов подвергся и другой нефтяной балтийский порт — Приморск. Наиболее масштабная атака произошла 5 апреля. Пострадало от 40% до 72% мощностей резервуарного парка. Отгрузка нефти была приостановлена. Сегодня ночью порт был атакован вновь.
За три дня (5—7 апреля 2026 года) морской экспорт нефти из России сократился на 1,5—2 млн баррелей в сутки (200—270 тысяч тонн). Это вызвало переполнение внутренних хранилищ и вынудило компании сократить добычу на 800 тысяч баррелей в сутки.
На фоне событий цена нефти Brent на лондонской бирже ICE выросла на 4,2% — до $91,4 за баррель. Акции «Транснефти» на Московской бирже упали на 5,8%, рынок ожидает снижение грузооборота во втором квартале. Если отгрузка не возобновится в ближайшие две недели, компания рискует потерять статус лидера по рентабельности.
Разрушение терминалов и резервуаров означает не только потерю выручки, но и огромные капитальные затраты на восстановление, осложнённое санкциями на поставку оборудования. При одновременных повреждениях в Новороссийске и на Балтике парализуется до 60—70% морского нефтяного трафика страны. Так что вся выручка от скачка цены Urals разве что покроет расходы на ремонт.
Рекордная цена Urals создаёт иллюзию выгодной ситуации для России, но удары по портам превращают рост котировок в фикцию. Украина лишает Москву возможности конвертировать высокие цены в реальные доходы. И не планирует отменять полёты.