Тюремный бунт – дело не левое

История уже доказала ошибочность классово-экономического догматизма в оценке революционных событий. Главных сценариев два: или пассионарность группы мятежников, которым повезло с местом и временем, или стихийных порыв народных масс, времени и места не выбирающих. Возможно соединение того и другого. Значит, в принципе любая вспышка народного гнева может привести к необратимым последствиям. Особенно в стране, в которой треть сидела, треть сажала, треть охраняла.

Бунты в российских тюрьмах и колониях случаются регулярно. На этот раз восстал челябинский СИЗО №1. По официальной версии, повод не стоил выеденного яйца. Мол, из-за аварии в камерах на какое-то время отключили отопление. Словом, какие проблемы – Южный Урал, декабрь. Чего возмущаться? Но даже если так, кто мешал руководству спокойно объяснить людям – кстати, в СИЗО в основном сидит народ в ожидании суда, т.е. юридически пока невиновный – и призвать к спокойствию? Полагаете, так и было? То-то же.

Скорее всего, на законные вопросы от тюремщиков следовал понятно какой ответ. Градус недовольства подняли и перебои с медпомощью. Версия неофициальная, но вполне правдоподобная.

Естественно, заключённые пытались жаловаться. Почти естественно, реакции на жалобы не дождались. Это вам не Каспаров с Яшиным и Навальным, которые дошли до Европейского суда по правам человека и добились-таки денежных компенсаций за незаконные задержания. Суммы солидные – в евро, и не с одним нулем. Это, в конце концов, не стойкий Стомахин, который до ЕСПЧ пока не дошел, но о его тюремных злоключениях не знает только ленивый. Нет, речь идёт об обычных российских заключённых, никак не VIP’ах. Этим приходится рассчитывать только на самих себя.

Конечно, в этих обстоятельствах для вспышки гнева хватало даже самого мелкого повода. Вроде как одного пытались вывести из камеры, тот оказал сопротивление и призвал к тому же сокамерников. Около сотни человек призыву вняли, стали ломать двери и поджигать матрасы. Восемь человек в знак протеста нанесли себе резаные раны. Официальные источники скромно говорят о порезах предплечий, так что явно вскрывали вены. Для опытных зэков дело вполне традиционное.

У ворот следственного изолятора собралась пара десятков родственников и просто взволнованных людей. Подъехали и правозащитники. Они попытались проникнуть внутрь СИЗО, но полицейское оцепление не пропустило. (Почти по Ивану Кучину: «И где-то за оцепленьем, я знаю, ты будешь стоять…») Между прочим, полиция перекрыла движение транспорта по расположенной рядом с СИЗО улице с символическим названием Российская.

К месту событий оперативно подтянулось полицейское, тюремное и прокурорское начальство. Ситуацию удалось смикшировать. Во всяком случае, до столкновений силовиков с гражданами, написанных кровью лозунгов и прочих эксцессов, как два года назад в Копейской исправительной колонии № 6, дело не дошло.

Кстати, о копейском бунте. Вкратце напомним. 24 ноября 2012 года около полутысячи заключённых ИК-6 подняли бунт, требуя прекратить беспредел. Произошли жёсткие схватки заключённых и их соратников возле стен колонии с полицейским и тюремным спецназом. Что творилось за колючей проволокой, можно только догадываться. Оборону держали почти двое суток.

Резонанс пошёл по окрестностям. Силовики стали отгонять людей от ворот зоны. Те в ответ взяли в руки арматуру, камни и дубины. Счет раненых шёл на десятки. Было возбуждено несколько уголовных дел по печально знаменитой после болотного 6 мая 212-й статье УК РФ («массовые беспорядки»). Нормальная такая аналогия, чуть не подсказка.

Дальнейшие разборы показали –бунт был делом вполне правым. По версии следствия, ныне отстранённый от должности начальник ИК-6 Денис Механов устроил из колонии личную кормушку. Он занимался поборами с самих зэков, а также их родственников. Так сказать, склонял их к благотворительности. Есть потерпевшие (13 человек) есть сумма ущерба (300 тысяч рублей). Кроме того, в «шестёрке» было налажено чуть ли не промышленное производство холодного оружия – ножей, сабель и кинжалов. Конечно, не для вооружения повстанцев. Поделки шли в свободную продажу уже в вольных магазинах.

К слову, Механов явно поторопился, проявляя несвоевременную инициативу. Сейчас руководство ФСИН вполне официально собирается развивать тюремную промышленность. Отличие от советской экономики ГУЛАГа в ориентации на прибыль.

Так что зэки бунтовали вполне осмысленно. У них просто не оставалось иного выхода. Увы, ситуация привычная. Но провинившихся силовиков народ не имеет права наказывать. Не Украина пока с её народной «мусорной» люстрацией. В ходу средневековое право. С вассала может спрашивать только сюзерен. Холопам велено стоять в сторонке и ждать властного вердикта.

Интересно, что сразу после бунта в челябинском СИЗО появились версии о связях с копейским мятежом в Копейске. И действительно, в конце этого месяца ожидается оглашение приговора по делу Механова. Бытует версия, что заинтересованное начальство едва ли не спровоцировало руками актива нынешний бунт, чтобы показать суду и миру – заключённые сами виноваты. Тем более, в челябинском СИЗО находится несколько человек, проходящих свидетелями по делу экс-начальника ИК-6.

В дни Копейска появилось интересное политическое заявление. Выпустил его Гражданский комитет Петербурга с подачи организации НТС(оск). Петербургская коалиция демократов и националистов солидаризировалась с заключёнными и призвала к тому же всё протестное движение. Не раз по всему миру отмечалось, на что оппозиционная политизация теневого контргосударства. Кто может быть оппозиционнее и радикальнее «отрицалова»? Особенно если власти расчистили дорогу, запрессовав законопослушную легальную оппозицию, в чём и заключался политический процесс в РФ уходящего года.

Напомним, что заключённых в современной России более 670 тысяч. Это, конечно, не СССР (и не США), но вполне себе сила. Причём не обязательно криминальная. Чтобы понять, какие люди и каким образом попадают порой в эти тяжелейшие условия, достаточно знать хотя бы громкие примеры произвола и прессинга, подобные «процессу Барсукова». Фактически в местах лишения свободы принудительно создаются компактные очаги бизнеса и общественности. Поразительно, но факт.

…Помнится, Майдан всерьёз начался с обыкновенного избиения «Беркутом» небольшой группы студентов.

 Аркадий Орлов, «В кризис.ру»