А может, в порту что-то не так?

В Москве и Санкт-Петербурге, не покладая рук, сотрудники ФСБ и СК РФ занимаются делом о хищениях при строительстве очередного дворца Путина в Ново-Огарёво. Арестованы несколько топ-менеджеров строительных компаний. Проводятся повальные обыски. Возбуждено уголовное дело о создании преступного сообщества. Цена вопроса – 5,7 млрд рублей.

Одна из 17 официальных резиденций, скромная двухэтажная дачка Путина в Ново-Огарёво, известная под названием «Объект 53», засекречена не меньше, чем знаменитая «Зона 51» в Неваде. Координаты её вообще-то известны, но ФСО всеми силами ограничивает возможности её геопозиционирования. Вокруг строительства — глухой трёхметровый забор. По всей территории — неусыпное видеонаблюдение. Оно и понятно: будущая усадьба лично выбрана президентом для пожизненного проживания почти десяток лет назад. Она ему положена по закону — для отдыхновения от трудов праведных на ниве государственного строительства.

Правда, считается, что предназначение её шире. Согласно контракту, подписанному в конце 2012 года и плану работ на «Объекте 53» предполагалось лишь на проектирование «гаража, гостиницы со спортивным залом, ангара для хранения парковой техники, Дома приёмов, комендатуры, контрольно-пропускного пункта, котельной и ограждений» выделить 0,4 млрд рублей. Остальные 5,3 млрд рублей должны были пойти непосредственно на строительство. Собственно, контракта не видел никто, кроме подписавших, но на сайте госзакупок имеются тексты допсоглашений.

Со стороны подрядчика они подписаны руководителем ФГУП «Атэкс» ФСО РФ Андреем Каминовым. Именно с него и начались сегодняшние аресты. Но не ограничились. Вслед за ним были задержаны его бывший заместитель Станислав Кюнер и бывший генеральный директор компании ЗАО «Стройкомплект» Дмитрий Торчинский. Затем последовали аресты Александра Родионова и Сергейя Перевалова, которые, по данным «Фонтанки», вели дела в компаниях «Климат проф», «Климат Компани» и «Климат Дистрибьюшн». Ведёт дело следователь СКР, полковник Сергей Новиков. Тот самый, что занимается делом о контрабанде спиртного, возбуждённом в отношении совладельца «Балтстроя» Дмитрия Михальченко. Собственно, никто, кроме адвоката самого Михальченко, не сомневается, что дела эти связаны. И объединяются одной статьёй — знаменитой 210-й.

Вообще, всё, что так или иначе связано с Петербургским портом тем или иным образом сводится к этой загадочной статье.

Скоро стукнет 10 лет с момента ареста «ночного губернатора» Владимира Барсукова, задержанного по делу о рейдерстве. За долгое десятилетие оно разрослось до покушения на убийство совладельца Петербургского морского терминала Сергея Васильева. Правда, осудить удалось лишь со второй попытки, но и этим не закончилось. Теперь Барсукову грозит очередной суд. Как раз по 210-й. Обвиняемых в создании преступного сообщества всего двое — он сам да его приятель Вячеслав Дроков. Но кого это остановит?

В отличие от Барсукова, самого Дмитрия Михальченко называли «губернатором 24 часа». Оно и понятно. Его состояние оценивалось экспертами — весьма приблизительно — около 20 млрд рублей (18 на осень 2015). Количество фирм, находящихся под его контролем, исчисляется десятками. Связи простираются до самых верхов ФСО и ФСБ. В этой связи пресса упоминала генерал-майора ФСБ в отставке Николая Негодова, а через него бывшего главу ФСО Евгений Муров.

Именно эта крепкая дружба и послужила прочным фундаментом для создания империи Михальченко. Но это уже другая история. Речь о 210-й.

Арестовали совладельца группы «Форум» за контрабанду коньяка. Якобы Михальченко тайно провёз на территорию РФ изрядное количество этого напитка под видом строительного герметика. «Я сам офигел, когда это увидел!» — ознакомившись в СК с деталями дела, воскликнул Михальченко. Потом, правда, признал: да, ввозил. Но только для личных нужд. И всего-то на 2 млн рублей. В общем, миллиардер не очень переживал по поводу задержания.

Но прошёл год. Он по-прежнему под арестом. А дело о горячительных напитках давно забыто. Зато всплыли совсем другие дела — о хищениях в Минкульте. Ведь главный-то бизнес Михальченко всё же не виноторговля и даже не контрабанда, а строительство. Особенно, если учесть, какие заказы получали его фирмы через министерство культуры и ФГУП «Атэкс» ФСО. Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь, Большой Кремлёвский дворец, башни Кремля, Московская консерватория, Петербургская филармония, Петропавловский собор, Адмиралтейство, объекты мирового культурного наследия в Псковской области. Всё это строила и реставрировала компания «Балстрой», входящая в холдинг «Форум».

Хотя сфера деятельности Михальченко куда шире — рестораны, магазины, завод «Измерон», Единый центр документов. И морской порт Бронка… Вот о нём пожалуй, поподробней.

Хищения в Минкульте, которые насчитал следователь, тянут на 60 млрд рублей. Понятно, что далеко не все они достались Михальченко. Зато порт Бронка, который должен быть полностью построен к 2022 году, быстро принесёт куда большую реальную, стабильную (и безопасную) прибыль.  Только за первый год, как предполагается, она составит 1—1,5 млрд рублей, далее — не меньше 4 млрд рублей ежегодно. Вопрос лишь в том, достанется ли эта прибыль Михальченко. И «этот вопрос решается на самом высоком уровне. Контроль над портом может перейти, например, Аркадию Ротенбергу. Возможно, как награда за риски, понесённые в связи со строительством Керченского моста», полагают  люди, хорошо знакомые с ситуацией. Понятно, что просто так, за здорово живёшь, порт не отнимешь. А вот, если владелец надолго засел в места… А ведь ненадолго-то по 210-й не сажают. Если, конечно, не отдаст добровольно.

Барсуков, например, ПТК не отдал. И на протяжении уже десятилетия статья об организации преступного сообщества всплывает в его деле по мере надобности. Возникала она и на суде по рейдерству, когда не удалось доказать обещанные Юрием Чайкой четыре десятка эпизодов. С трудом набралось только три, но суд отмерил за них по полной — 14,5 лет. Появилась она и на первом суде о покушении на Васильева, когда стало известно, что свидетели обвинения находятся на денежном содержании потерпевшего. Маячит она и сейчас, когда прошёл второй суд, вынесший обвинительный приговор и назначивший 23 года. Несмотря на прошедший срок давности, 210-ю собираются предъявить и сейчас. Уже не для увеличения срока — куда уж больше для 61-летнего Барсукова, — а в назидание другим. Например, Михальченко. Чтобы был сговорчивее и время зря не тянул, всё равно порт отнимут.

Анна Мышкина, «В кризис.ру»