Рецидивное обострение

Приговор в отношении Ильдара Дадина поставил ещё один жирный крест на попытках найти точки соприкосновения между властью и обществом. При этом норма закона, на основании которого вынесено решение Басманного суда, противоречит всем цивилизованным правовым нормам.

Законодательное положение, по которому осудили гражданского активиста, с момента своего появления получила термин «пресловутое». Речь идет о статье 212.1 УК РФ – «Неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования», принятой летом прошлого года. Наверное, здесь нет особого смысла долго рассуждать о самом этом порядке. Заметим только, что он явно противоречит как минимум 31-ой статье Конституции РФ. Кроме того, существующие правила фактически заменили уведомительный порядок проведения этих самых мероприятий разрешительным. Как это выглядит на практике, отлично знают организаторы «неправильных» митингов и демонстраций. Отказные доводы органов исполнительной власти на их заявки вполне можно причислить к перлам бюрократической казуистики.

Про «неправильные» мы заметили не случайно. С «правильными» всё в порядке. Последние яркие примеры из этого ряда – массовые собрания после сбитого в Сирии Су-24. Без всякого разрешения шёл погром малой интенсивности турецкого посольства в Москве. На месте присутствовала полиция, но о задержаниях речи не шло. Сравните это с инцидентами, которые регулярно сопровождают акции российской оппозиции. Особенно – солидарность с Украиной. Так, 20 февраля 2015 полиция задержала восемь человек у украинского посольства, возлагавших цветы в память погибших на Майдане.

При таком контексте уже и не столь важно, за что конкретно судили Ильдара Дадина. СМИ упоминали о четырёх эпизодах его участия в протестных акциях. В качестве подтверждения была показана фотография, явно с одиночного пикета, который даже в нашей стране пока не требует предварительного согласования. Хотя, если вспомнить историю 75-летнего Владимира Ионова, то это ещё как сказать. Кроме того, федеральные телеканалы уделили несколько секунд любительским кадрам прогулки активиста в компании единомышленников по центру Москвы.

Больше всего растиражировано следующее обвинение. 5 декабря прошлого года во время акции в поддержку народа Украины несколько активистов, включая Дадина, на несколько минут перекрыли Мясницкую улицу и жгли при этом файеры. Комментаторы почему-то уделили особое внимание именно этому инциденту, причём с таким подтекстом: «Как можно перекрывать движение в центре Москвы?! Это же гарантированная пробка!» Прозвучала даже ее потенциальная протяжённость – 11 км. Наказание за то, чего не случилось, но вдруг могло бы случиться.

В целом обвинение походило на фарс. Все полагали, что суд выберет минимально возможное наказание. Например, обязательные работы на срок до 480 часов. Но не штраф же, в самом деле, от 600 тысяч до 1 млн рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период от двух до трех лет. Согласитесь – цифры вполне драконовские, у нас за кражи и мошенничество присуждают меньше.

Словом, все ожидали просто грозного предупреждения. Однако судья Наталья Дударь вынесла свой вердикт – 3 года колонии общего режима. Кстати, на год больше, чем просил прокурор. Стихийный протест сторонников осуждённого прямо в зале суда весьма жёстко подавили судебные приставы. Так мы получили первый приговор по новой статье.

Рецидив преступления – понятие вполне юридическое. В тонкости вдаваться не будем, просто отметим – как правило, человека, ранее уже осужденного за совершение уголовных преступлений, ожидает кара более суровая, чем первоходка. Наверное, это справедливо. Но при этом не будем забывать ещё одно правовое положение: нельзя наказывать дважды за одно преступление. Между тем Ильдара Дадина ранее уже неоднократно привлекали к административной ответственности за участие в акциях протеста. Например, за события 5 декабря он был арестован на 15 суток. Затем содержание под стражей превратилось в домашний арест. Кроме того, за иные инкриминируемые ему деяния активисту присуждали серьёзные денежные штрафы. В общем, он уже ответил. И теперь получается, что его осудили повторно. Это явная правовая коллизия. Выходит, что у нас один суд главнее другого, такого же по статусу.

Профессиональные юристы отмечают и другие несуразности. Например, привлечение к уголовной ответственности в случае со статьей 212.1 основываются на судебных решениях, принятых в порядке производства по делам об административных правонарушениях, предполагающих существенно более низкий уровень гарантий соблюдения прав и свобод лица, привлекаемого к ответственности. Кроме того, выделяемая неоднократность совершения лицом административных правонарушений не может влиять на характер и степень его общественной опасности, а только характеризовать личность. Однако состав статьи 212.1 устанавливает характеристику личности лица в качестве квалифицирующего признака его действий, что прямо противоречит принципу равенства всех перед законом, закрепленному в статье 19 Конституции РФ. Наконец, само по себе установление уголовной ответственности за неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения публичного мероприятия явно не соответствует степени предполагаемой общественной опасности таких нарушений.

Так говорят профессиональные юристы. Но в этом пункте они жестоко ошибаются. Если судить по официозным комментариям, то главный смысл появления статьи 212.1 как раз в осознании властью всей опасности – для себя любимой – спонтанного общественного протеста. И конвейер не думает останавливаться. На очереди ещё два гражданских активиста – Марк Гальперин (5 декабря 2014 года он был вместе с Дадиным) и уже упомянутый выше Владимир Ионов. Приговор последнему должны огласить в самое ближайшее время. Увы, почему-то не верится, что он будет справедливым. Хорошо, если не Басманным.

Аркадий Орлов, «В кризис.ру»