Защита дня

На процессе о «тамбовском сообществе» в Куйбышевском суде сегодня предполагались выступления адвокатов и свидетелей защиты. Но всё получилось сложнее и вместе с тем проще. Защищать оказалось не от чего. Очередное «дело Барсукова» разбирается в Петербурге без малого год. За это время обвинение так и не сформулировало доказательной базы, чтобы её можно было оспаривать. В результате сегодняшнее заседание вышло недолгим. Однако весьма содержательным.

Адвокаты Константин Кузьминых, Сергей Афанасьев, Владимир Чеботарёв едины в оценке: доводы обвинения, мягко говоря, непонятны. Свидетели ни разу не упоминали подсудимых Владимира Барсукова (Кумарина) и Вячеслава Дрокова. 20 февраля суд прекратил производство (обвиняемым инкриминировались «рейдерские захваты», но срок давности по ним истёк). «Что же опровергать?» – прозвучал риторический вопрос адвоката Кузьминых.

Зато участникам заседания было, что вспомнить по истории процесса. Почти год назад, 25 октября 2017 года, судья Андрей Дондик просто «завернул» полученные материалы братно в Генпрокуратуру. Обвинительное заключение, в котором не было ни места преступления, ни времени совершения, он рассматривать не брался. Материалы отправились генпрокурору Юрию Чайке на «устранение недостатков». Но прокуратура посчитала, что недостатков нет. С ней согласился Петербургский горсуд и в декабре 2017-го отменил постановление Дондика. С января нынешнего года начались заседания под председательством судьи Артёма Королёва.

Сначала их приходилось регулярно откладывать. В связи с неявкой потерпевших и свидетелей. 1 марта было оглашено обвинительное заключение. Выслушав его, Владимир Барсуков и Вячеслав Дроков закономерно объявили, что вины не признают. Некоторые из свидетелей стали временами появляться. Они вспоминали давние дела, связанные со сменами собственников и манипуляциями в правоустанавливающих документах – но ни Барсуков, ни Дроков, в показаниях не фигурировали.

Обвинение строилось на зачитывании следственных протоколов двенадцатилетней давности. Там нужная фамилия временами звучала. Но выяснялось, что свидетели узнавали её от следователей – а не наоборот. Фактически они подписывали показания, надиктованные сотрудниками знаменитой группы Олега Пипченкова, давно и со скандалом отстранённого. Такие картины вообще характерны для всех «процессов Кумарина-Барсукова». Бывали злоупотребления и покруче, вплоть до оплаты обвинительных показаний (недаром первый же суд присяжных вынес оправдательный вердикт, отменённый волевым усилием).

Некоторую ясность в ситуацию внесли подсудимые. О главном напомнил Владимир Барсуков: обвинение по 210-й статье уже выдвигалось и уже было закрыто. Десять лет назад восемь человек были осуждены за рейдерство по статьям о мошенничестве и отмывании преступных доходов. Но по статье о преступном сообществе приговор не выносился. Вячеслав Дроков уточнил, что обвинение по 210-й окончательно закрыла в 2012 году следователь Ирина Доценко. Эта тема была снята. Чтобы возникнуть теперь – с чего бы?

Кто и почему может быть в этом заинтересован, опять-таки вспомнил Барсуков. Генерал-майор юстиции Владимир Маркин, ныне замгендиректора госкомпании «РусГидро», десять лет руководил пиар-службой Следственного комитета. Выступления Маркина как официального представителя СК давали повод к сравнению с Геббельсом (после того, как о талантах рейхсминистра пропаганды сказал президент Путин). Это вызвало крупный скандал, особое разбирательство… Неудивительно, что генерал постарался возобновить дело по «тяжёлой» статье.

В этом Маркин нашёл поддержку некоторых СМИ. Барсуков напомнил об информационной шумихе, поднятой на тему «тамбовского преступного сообщества». Последняя попытка –тут же заглохшая в силу очевидного абсурда – предпринималась совсем недавно, после убийства Бадри Шенгелия. Кстати, на сегодняшнем заседании было однозначно сказано: покойный Бадри Анзорович по данному делу свидетелем не являлся.

Таким образом, возобновление уже оставленного обвинения по 210-й статье смотрится как элементарная «месть СК, разогретая шумихой в СМИ». Барсуков даже посоветовался с адвокатами: не подать ли в суд на Маркина? Но тут вмешался судья Королёв: «Это вы можете обсудить потом».

У защиты появился закономерный вопрос к представителю государственного обвинения Виталию Кузнецову: когда будет представлен предмет для опровержений? Обвинитель выразил уважение адвокатам и подсудимым, но отметил, что следствие ещё не закончено. Этим контрдоводы фактически ограничились. Последовала лишь просьба дать обвинению возможность основательно подготовиться к предстоящим заседаниям. Риторический вопрос: а что делало обвинение последний год? – остался без ответа. Что ж, на то он и риторический.

Другое дело, когда тот же вопрос задал судья. Капитан юстиции Кузнецов ответил, что чем больше будет предоставлено времени, тем лучше. И заверил, что свидетелей придёт гораздо меньше, чем пятьдесят или пять (эти цифры предположил адвокат Кузьминых).

Под конец обе стороны вновь вспомнили судью Дондика. Насколько же он был дальновиден, отказавшись рассматривать дело. «Бывают судебные ошибки», – только и констатировал обвинитель Кузнецов. «Бывают, – согласился Владимир Барсуков. – Хахалева на шесть тысяч приговоров наошибалась». Упоминание Елены Хахалевой, знаменитой ныне «золотой судьи» из Краснодарского края – которая, как оказалась, не имеет юридического образования и вообще судить не вправе – достойно завершило заседание. Следующее назначено на 18 октября.

Роман Андреев, специально для «В кризис.ру»