Меркель платит Греции, чтобы спасти Германию

Сегодня депутаты бундестага, срочно вызванные из отпуска, выслушали призыв канцлерины Меркель и проголосовали, согласно её рекомендациям. За то, чтобы германское правительство начало переговоры о третьем пакете финансовой помощи Греции. Потому что вчера греческие парламентарии милостиво соблаговолили эту помощь принять. Вопреки воле своих греческих избирателей, которые на референдуме 5 июня показали кредиторам большую фигу.

Деньги Греции дают на условиях, невыполнение которых ничего не изменит

С этим ответом премьер-министр Алексис Ципрас явился в Брюссель и предложил европейским лидерам решать проблему самостоятельно. Чем те и занялись в самом спешном порядке. Здравые мысли о том, что решение народа Греции может быть единственно разумным и верным, в голову почти никому не пришло. Представителю этого народа — Ципрасу — тоже. В течение месяца всю Европу — в том числе, страны в Евросоюз не входящие — сотрясали финансовые конвульсии. Вопрос стоял жёстко: давать или… всё равно давать? В результате решили всё равно давать, но не то, что не просят, а то, что дадим. Причём на определённых условиях, невыполнение которых всё равно ничего не изменит. Но потребовать формального согласия всё-таки надо. Потребовали и получили.

В драматическую ночь на 16 июля (месяца не хватило) парламент Греции согласился с законопроектом, предложенным Ципрасом. О дальнейших переговорах с ЕС и заключении соглашения о всеевропейской поддержке. Которая ещё неизвестно, будет ли одобрена странами-донорами. Но уже предполагает жесточайшие меры экономии. Разумеется, за счёт населения. Все финансовые ограничения  не касаются крупного бизнеса. Априори предполагается, что в Греции его нет. А если есть, то какие-либо финансовые нагрузки для него — табу. ЕС, кстати, с этим вполне согласен.

Судьбоносное решение греческих народных избранников рикошетом ударило в первую очередь по депутатам немецкого бундестага. Мало, что они были оторваны от заслуженного отдыха, им пришлось принять решение не менее судьбоносное. «Мы предпринимаем последнюю попытку в трудных переговорах в составе Еврогруппы, — такими словами встретила депутатов канцлерина. — Несмотря на неудачи последних шести месяцев и весь скепсис, создать предпосылки для того, чтобы запрос Греции попал в соответствие с Европейским механизмом стабильности, и не любой ценой, а на основе и в рамках европейских договоров».

«Не любая цена» пока что выливается Германии в €85 млрд. Меркель пообещала, что это будет в последний раз. Но даже члены её собственной партии в это обещание не очень-то поверили. Не так давно популярное издание Bild писало, что более пятидесяти депутатов из  ХДС/ХСС собираются голосовать против. К этому же призвал руководитель фракции «Левых» Грегор Гизи.

Голосование проводится не для того, чтобы сразу же выделять кредиты, напомнила Меркель, а всего лишь о продолжении переговоров по программе помощи. Депутаты сурово молчали. Это делается для блага Германии! — пообещала Меркель. Ведь в  долгосрочной перспективе Германия будет благополучна, если благополучной будет Европа, «а именно все в Европе».

159 депутатов помнят трагедию своей страны

Ответа не последовало. И это вполне понятно. Депутатам, не хуже, чем, вероятно, самой Меркель, известны результаты опроса, проведённого Немецким институтом рыночных и социальных исследований. 43% немцев одобряют выход Греции из европейского валютного союза и лишь треть выступают против.

На днях тот же Bild опубликовал подборку читательских писем, в которых рядовые граждане оценивают политику Меркель, её правительства, а заодно и депутатов в отношении Греции. «Я задаю себе вопрос, почему нам, «никчёмным» пенсионерам, ежегодно индексируют пенсии лишь на 2,1%, а продажное правительство готово сунуть колоссальные суммы денег коту под хвост», «Госпожа Меркель, по-видимому, забыла, канцлером какой страны она является, и чьи граждане её выбрали», «На протяжении 50 лет я голосовала за ХДС — и больше никогда!», «Сегодня Меркель спасает Грецию, завтра мир, а послезавтра Вселенную. А кто же спасёт от нее самой немецких налогоплательщиков?», «В Германии тормозят развитие системы социального обеспечения пенсионеров, а для греков деньги нашлись в избытке». Это лишь малая часть того, что думают честные немецкие налогоплательщики. Не мудрено, что народные избранники не торопились поддержать новый законопроект.

Но и канцлерина не сдавалась. Она стала бить на жалость. Представьте, сказала она депутатам, как наши пенсионеры стоят в очередях, чтобы получить жалкие €120 раз в неделю. Но не подействовало и это. Тогда Меркель перешла более понятный депутатам  язык. Она пригрозила, что если предоставить Грецию самой себе, то «был бы не упорядоченный, продуманный всеми вместе и желаемый Афинами выход из еврозоны, а предвидимый хаос».

Понятно, что последнее слово напугает любого настоящего немца, превыше всего ставящего порядок и стабильность. Депутаты крякнули. И согласились. Почти все. Из 598 принимавших участие в голосовании депутатов «за» проголосовали 439, «против» — всего 119, воздержались  40.

Вероятно, в отличие от канцлерины, 159 высказавшихся против и воздержавшихся депутатов ещё помнят трагическую историю своей страны. Особенно — прошедшего века. Неуёмная жадность французов, требовавших и требовавших выплат репараций от Германии, привела к власти Гитлера. В 1923 году германское правительство,  уступая давлению Парижа, ввело жёсткую экономию. Началось сокращение зарплат, массовые увольнения, обнищание, и как следствие — жгучая ненависть, ксенофобия, откат к радикализму. Именно тогда произошёл пивной путч, несмотря на провал положивший начало триумфальному шествию нацизма.

Конечно, сейчас ситуация в Германии далека от тогдашней. Но неонацисты всё слышней. Ещё недавно имя основателя ультраправой военизированной группировки, поклонника Гитлера и активного нациста Карла-Хайнца Гофмана считалось забытым. Теперь о нём регулярно слышно не только в Германии, но и в России. Пока его воззвания очень сдержаны: «Немецкий народ не согласен с постоянным оттоком государственных финансов для реабилитации немощных стран и банков». Но ведь и Гитлер начинал с требования ограничения действия Версальского договора.

Анна Мышкина, специально для «В кризис.ру»