Крым бунтует в ожидании десантов и трудных времён

У Василия Аксёнова в «Острове Крым» всё заканчивается печально. Стишок: «Бой в Крыму, всё в дыму, ничего не видно» более туманен и оттого оптимистичнее. Однако оба сюжета на данный момент точнее всего – хотя, по счастью, образно — характеризуют главные векторы полуостровной действительности. Исторически сложная внутренняя обстановка накладывается на массу привходящих факторов. Крымский узел завязывается всё сильнее.

Захват по-крымски

Главными очагами противостояния стали Симферополь и Севастополь. В столице АРК захвачены здания парламента и правительства. Произошло это после позавчерашнего столкновения двух митингов – «русскоязычного» и крымскотатарского. Первая манифестация (несколько сотен человек) протестовала против «бандеровского переворота в Киеве» и призывала к отделению полуострова от новой Украины. Вторая поддерживала Украинскую революцию и настраивалась на отпор «московской агрессии». Явно под напором численно превосходящих крымских татар парламентарии сняли с повестки вопрос об отделении.

В ночь на 27 февраля помещение крымской Рады заняли немногословные автоматчики в масках. Было их порядка тридцати. Охрана сдалась без сопротивления. Над парламентом и правительствам АРК поднялись российские триколоры.

Официально принадлежность группы захвата не оглашалась. Говорилось лишь о том, что это – «Самооборона русскоязычного населения Крыма». Однако осведомлённый Евгений Марчук (в начале 1990-х – глава украинской СБ, потом министр обороны и премьер) дал понять, что речь идёт о бойцах местного спецназа. Проще говоря, всё тот же «Беркут» — в части, отказавшейся выполнять решение нового МВД о расформировании. В формирующемся крымском «консервативном ополчении» явочным порядком появилось профессиональное ядро.

Вскоре выяснилось, что захват здания был совершён для проведения внеочередной сессии парламента. Которая стремительно состоялась. Присутствие автоматчиков и отсутствие журналистов сделало своё дело — решения принимались без заминки. Крымские депутаты охарактеризовали последние события в Киеве как «неконституционный захват власти радикальными националистами при поддержке вооружённых бандформирований». На 25 мая назначен всекрымский референдум. Перед крымчанами собираются поставить вопрос: «АРК обладает государственной самостоятельностью и входит в состав Украины на основе договоров и соглашений — да или нет?». Если большинство ответит «да», то Крым подтверждает свою самостоятельность. Если «нет», то получается, что он вообще не входит в состав Украины.

Затем было сменено правительство автономии. Новый крымский Совмин возглавил Сергей Аксёнов, лидер движения «Русское единства Крыма». Он немедленно заявил, что власти АРК признают Виктора Януковича и будут выполнять его распоряжения. Вероятно, не случайно именно в день крымского переворота Виктор Фёдорович наконец-то проявился: напомнил из подполья о своей легитимности и попросил у властей РФ обеспечить его личную безопасность (возможно, уникальный случай в истории – лицо, позиционирующее себя как глава одного государства, просит обеспечения своей безопасности у другого).

Киев, где наконец сформировано правительство во главе с Арсением Яценюком, расценил происходящее в Севастополе как провокацию сепаратистов. При этом отмечено, что силовой вариант разрешения конфликта не рассматривается. Даже «Правый сектор» воздерживается от отправки бойцов. Хотя их там ждут – именно эта угроза более всего используется для консолидации «русского единства». Но скорее всего, в Киеве решили не пороть горячку, наблюдая за развитием ситуации. В этом есть достаточная государственная мудрость. К сожалению, порой отсутствующая у другой стороны.

Крым, Киев и Кремль 

За последние месяцы много говорилось об иностранном вмешательстве во внутренние дела Украины. Визитёры из ЕС и США и действительно на Майдане бывали. Нельзя сказать, чтобы их присутствие сильно на что-то влияло – в отличие от реальной и весомой помощи, которую получал Янукович из Москвы. Но сейчас эпицентром иностранного для Украины воздействия становится Крым. В телерепортажах из Симферополя и Севастополя узнаются многие знакомые лица – от Валентины Терешковой и Ирины Родниной до Владимира Васильева и Николая Валуева. Порой создаётся впечатление посменных поездок. Если это не вмешательство, тогда таковым можно считать только полномасштабное вторжение. От которого Киев и Запад заранее предостерегают Москву.

На этот счёт целенаправленно создаются шумовые эффекты. Внезапно проведены проверки Центрального и Западного военных округов. Повышена боеготовность сил быстрого реагирования, частей ВВС и ВДВ. В самом Крыму прошли неясные передвижения десятков БТР, дисциплинировано разворачивающихся у постов ГАИ. Впрочем, в Кремле уверяют, что всё это плановые мероприятия, никак не связанные с событиями в Украине.

Особняком стоит Черноморский флот РФ. Его главная база – Севастополь – оплот «антимайдана». Новый мэр города буквально выкликнут на площади. Это крупный предприниматель Алексей Чалый, основатель мощного промышленного холдинга. Политически он известен чёткой промосковской и антикиевской ориентацией.

Севастополь – военно-морская база ЧФ. Но практически весь полуостров покрыт сетью российских военных объектов – полигонов, аэродромов, РЛС, узлов связи. Созданная в советские времена военная инфраструктура требует постоянного обслуживания. Статус российских военных прописан в соответствующих соглашениях. В сложившейся обстановке внезапная перегруппировка чревата непредсказуемыми последствиями. Именно поэтому и.о. президента Украины Александр Турчинов предупредил, что что выход российских войск в Крыму за пределы постоянной дислокации в Крыму украинская власть будет расценивать как агрессию.

Кроме регулярных вооружённых формирований, участие в крымском противостоянии вполне могут принять многообразные парамилитарес. О «Русскоязычной самообороне» и «Правом секторе» уже сказано. А ведь есть и добровольцы крымскотатарского Меджлиса. Наконец, все услышали заявления Рамзана Кадырова. Повсеместно в России слышны призывы формировать отряды для отправки в Крым, особенно усердствуют казаки. Кремль не реагирует на такие эскапады. Эхом отдаются аналогичные призывы в Украине и среди российских единомышленников украинских революционеров (среди которых, кстати, немало опытных националистов).

Проблема здравого смысла

Большинство экспертов считает, что вооружённого конфликта – тем более межгосударственного — удастся избежать. Затевать войну со страной, охваченной революцией, нисколько не намеренной сдаваться и к тому же переполненной объектами атомной энергетики, химической и нефтяной промышленности, как говорится, себе дороже. В западной прессе появилась информация, что никто иной, как Владимир Путин остановил 21 февраля Виктора Януковича, готового бросить последние силы против наступающего Майдана. (Хотя сам Янукович теперь «подтверждает приказ вооружённым силам» — не стрелять. Интересно бывает его послушать.)

Но с другой стороны, может ли Кремль просто взять и смириться с тем, что в соседней стране кандидатуры министров согласовываются с простыми людьми на площади, а эфир главного государственного телеканала «УТ-1» предоставляется скромному интернет-проекту «Громадське телебачення» («Общественное телевидение»)? Едва ли. К такому надо долго привыкать. Значит, будут предприниматься попытки политического и экономического давления.

Первоначально казалось, что главным инструментом контрреволюции станет «Украинский фронт» — объединение элит восточных регионов, прежде всего Харьковщины и Донбасса. Но его лидер Михаил Добкин уже выдвинулся в президенты Украины. Тем самым фактически признав свершившиеся перемены. Вообще, степень отторжения самостийности на востоке Украины сильно преувеличивается в РФ. Самые пророссийские губернаторы и промышленники, даже коммунисты связывают себя со своей независимой страной и участвуют в украинском социально-политическом процессе.

Но по ряду исторических и ситуационных факторов Крым – иное дело. «Украинскую Вандею» пытаются сформировать здесь. С опорой на массовые консервативные настроения и поддержку извне. Правда, в отличие от французской монархической провинции, на полуострове существует сплочённая национальная община противоположной политической ориентации.

Ситуация выглядит тревожно. Но неожиданную проблему для стратегов дестабилизации может создать здравомыслие крымчан. «Русские и крымские татары должны построить свой мирный дом только вместе», — говорит Сергей Аксёнов. «В Крыму не может быть доминанты одной партии, одной силы, одного языка, одной религии. Мы все равны и сделаем всё, чтобы это равенство было сохранено во всех сферах нашей жизни», — подтверждает председатель Меджлиса крымскотатарского народа Рефат Чубаров. Вместе они удержали свои митинги от свалки и возможного кровопролития.

Политика — бес хозяйства

Экономический разрез ситуации не проще политического. Перваые заявления премьера Яценюка касались разворованной и опустошённой казны. Совокупный внешний долг к концу минувшего года достиг $140 млрд — 80% ВВП. В то же время весь золотовалютный резерв страны – $15 млрд.Растёт безработица, панически утекают капиталы. Кто и сколько украл – подразумевается по умолчанию. А до осени революционному «правительству камикадзе» предстоит где-то найти минимум $9 млрд. Иначе – дефолт.

Запад хотя и обещает, но пока жмётся. Российские же власти вовсю проявляют братские чувства. Заторможен очередной транш по украинским бондам. По давней традиции перекрыты поставки в РФ украинской продукции. В данном случае – свинины. Забавно, что одновременно сняты санкции со свинины американской. Ходят слухи о предстоящей отмене скидки на продаваемый газ.

Отдельный вопрос – экономические проблемы Крыма. В СССР экономика полуострова была высокоиндустриализирована и милитаризована. Сейчас столпы крымского хозяйства — курортная индустрия и агросектор. Вероятны преференции для крымской сельхозпродукции при ввозе в Россию. Сложнее с наследием всесоюзной здравницы.

Как и повсюду на постсоветском пространстве, в начале 1990-х общество и экономику удержали от распада теневые сообщества. Санатории, пансионаты, гостиницы Крыма перешли в частную собственность. Инфраструктура резко подорвалась, но многие её элементы сохранились под эгидой криминальных группировок. Особенно сильны были «башмаковцы» — бывшие «афганцы», спецназовцы, профессиональные спортсмены. Они создали даже свою политическую организацию – Христианско-либеральную партию Крыма (ХЛПК), крупнейшую на полуострове. Структура сотрудничала и с украинским правительством, и с московскими политиками, и с командованием ЧФ. Но всё это в далёком прошлом – с середины 1990-х ХЛПК называют «партией расстрелянных». Однако традиция самоорганизации в Крыму жива. И сказывается по сей день.

Постепенно экономическая ситуация начала стабилизироваться. Дополнительный толчок получила сфера малобюджетного отдыха в частном секторе. Многие выбирают его из-за ощутимой дешевизны. При этом закрытия курортов и санаториев не произошло. Более того, идёт активное строительство новых. Что будет происходить дальше, покажет ближайший сезон. Какие-либо прогнозы на этот счёт строить бессмысленно. Тем более сейчас, когда в экономику властно вмешалась политика.

Это касается и ситуации в целом по Украине. Прогнозы, несмотря на словесное ожесточение последних дней, в целом благоприятны. Конечно, абсолютно домашними отношения между нашими странами уже не станут. Однако они могут стать как минимум партнёрскими. А это порой надёжнее.

P.S. Ночью поступило официальное сообщение: президент России Владимир Путин поручил правительству «продолжить контакты с украинскими партнёрами». Речь идёт прежде всего о нормализации торгово-экономических связей. При этом российская сторона подключается к международным консультациям о финансовой помощи Украине в формате переговоров с МВФ и в рамках G8. Отдельно решается вопрос о гуманитарной помощи Крыму.

Всё это вскоре после яростных выступлений Медведева и МИДа по поводу «нелегитимности», «террористических методов», «не с кем иметь дело» и т.п. Глава государства умеет преподносить сюрпризы правительству…