Черноморская коса может найти на турецкий камень

Россия активно укрепляет свои военные группировки. Налицо стремление если не в объективной реальности, то в сознании своих граждан привести РФ в статус мировой державы. В том числе — военно-морской. Однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что политики и полководцы в очередной готовятся к прошлой войне. В которой владение Крымом может являться не более чем основанием для исторических реминисценций.

Министр обороны РФ Сергей Шойгу заявил о крупномасштабных финансовых вливаниях в инфраструктуру Черноморского флота (ЧФ). В рамках действующей Федеральной целевой программы (ФЦП) «Создание системы базирования Черноморского флота на территории России в 2005-2020 годах» на эти цели будет потрачено 86,7 млрд рублей. При этом особо подчеркивается, что в связи с аннексией Крыма в вышеуказанную программу будут внесены существенные изменения.

Если кто не в курсе, то поясняем. По условиям договора 1997 года Россия не имела права переводить в Крым свои новые корабли без разрешения Украины. Были и другие существенные ограничения. Харьковские соглашения 2010 года ничем существенным этот режим не дополнили. О сегодняшней крымской лафе ещё полгода назад никто близко не помышлял. Соответственно, основные усилия были направлены на формирование военно-морских баз на российском побережье Чёрного и Азовского морей. При этом главной базой определили Новороссийск, который и должен был стать таковой в 2016 году. Только в 2006 году из госбюджета на создание новой системы базирования выделили 56 млрд рублей. Помимо Новороссийска, реновации подверглись Геленджик, Туапсе, Анапа и Темрюк. Судя по срокам, работы там уже близились к завершению. И тут грянул Крым.

Ситуация выглядит несколько анекдотичной. «Строили мы, строили и наконец построили» — только для кого? Шойгу сам признался, что на сегодняшний день в эксплуатацию введены 48 объектов инфраструктуры в Новороссийске и пунктах дислокации береговых войск Черноморского флота в городе Темрюк и поселке Уташ. Их нынешняя актуальность подвергается большому сомнению.

Напрашиваются и курортные аналогии. Постолимпийский Сочи было принято позиционировать как жемчужину российской индустрии отдыха и туризма. Теперь на первое место активно выдвигают крымские курорты. Звучат отговорки – мол, речь идёт о разных категориях туристов. В Сочи поедут богатеи, в Крым – средний класс и бюджетники. И всё равно вопросы остаются. Хотя бы такие: сколько денег ушло на развитие туристической инфраструктуры Сочи и сколько надо для подъёма аналогичной системы в Крыму? Нечто похожее получается и с военно-морскими объектами.

Смотрим дальше. Военно-морские базы строят для боевых кораблей и вспомогательными судами. Как раз с этим возникают большие проблемы. Не сильно вдаваясь в подробности, заметим – по мнению ряда авторитетных военных экспертов, из 49 кораблей, на начало десятых годов XXI века составлявших ядро Черноморского флота, лишь 4 не перешагнули нормативного срока эксплуатации. Например, флагман корабль – ракетный крейсер «Москва» вошёл в состав ВМФ ещё в 1983 году. Сейчас он устарел как минимум морально. К тому же он создавался для борьбы с АУГ (авианосными ударными группами), которых в Чёрном море пока не наблюдается. В какой-то момент ЧФ полностью утратил свою подводную составляющую – единственная подводная лодка «Алроса» находилась на ремонте в Кронштадте. Который, вопреки обыкновению, закончился достаточно быстро, и тем не менее. К тому же в условиях постоянного срыва гособоронзаказа приход на ЧФ новых кораблей выглядел скорее благим пожеланием.

Наконец, организационная неразбериха. Дело в том, что переподчинение ЧФ Южному военному округу РФ можно оценивать как неблагоприятное. Тем самым проигнорирован особый статус Черноморского флота как потенциально единственного оперативно-стратегического объединения, решающего задачи за рубежом России, на передовых рубежах оборонной системы государства, в дальней морской и океанской зонах. Не стоит забывать и о регулярных резекциях его боевого состава.

Теперь ко всем проблемам добавляется ещё и снабжение. Крымскую флотскую группировку нужно кормить, одевать, обувать, подвозить топливо, боеприпасы и много ещё чего. Железнодорожное сообщение, считай, блокировано. Нынешний Киев вряд ли согласится на добровольное усиление военного присутствия России на полуострове. Остаётся снабжение по морю, дорогое и нерегулярное. Этакий «северный завоз» в условиях практически субтропиков. Правда, обещают построить мост через Керченский пролив – за 200 млрд рублей и неизвестно когда. Но даже если его и построят, то военные перевозки могут серьёзно нарушить или даже заблокировать гражданское транспортное сообщение. Хотя бы потому, что для провоза ракет, торпед и снарядов переправу придётся на длительное время перекрывать для «постороннего» транспорта. Потенциальным туристам это вряд ли понравится.

Сейчас нам говорят, что до 2016 года в группировку сил Черноморского флота войдут шесть подводных лодок проекта 636 и столько же сторожевых кораблей проекта 1135.6. Новые корабли должны войти в группировку сил постоянной готовности, в зону ответственности которой войдёт и акватория Средиземного моря. Согласимся, что демонстрация флага обязательна для любого ВМФ. Но она может иметь много вариантов. Для рассказа об одном окунёмся в недавнюю историю.

С 1967 до 1992 года в Средиземном море действовала мощная и по-своему уникальная группировка кораблей ВМФ СССР. В разные времена она называлась по-разному. Среди моряков самым устоявшимся названием было 5-ая ОпЭск (оперативная эскадра). Теперь внимание — как правило, в составе эскадры насчитывалось 70-80 вымпелов (до 30 надводных боевых кораблей, 4-5 атомных и до 10 дизельных ПЛ, 1-2 плавмастерские, 3-4 танкера, корабли минно-тральной группы, корабли комплексного снабжения, сухогрузы, рефрижераторы, госпитальные и спасательные суда, буксиры и т.д.). Соединение комплектовалось на ротационной основе кораблями, входившими в состав Северного, Балтийского, Черноморского и даже Тихоокеанского флотов. Основой надводной составляющей 5-ой ОпЭск являлись силы 30-й дивизии противолодочных кораблей Черноморского флота.

В идеале это соединение вполне могло противостоять всему 6-му флоту США (30-40 вымпелов, включая 2 авианосца, десантный вертолётоносный корабль-док, 2 ракетных крейсера (1 в роли флагманского корабля флота), 18-20 кораблей охранения (крейсера с управляемым ракетным оружием, эскадренные миноносцы и фрегаты), 1-2 многоцелевых корабля обеспечения, до 6 многоцелевых атомных подводных лодок). До боестолкновений дело не дошло. Можно считать, 5-ая ОпЭСК функцию сдерживания выполнила.

Уникальность состояла в том, что такая масса кораблей не имела постоянной береговой инфраструктуры. В разное время её опорными пунктами являлись Александрия, Порт-Саид и Мерса-Матрух (Египет), Триполи и Тобрук (Ливия), Бизерта и Сфакс (Тунис), Тартус и Латакия (Сирия). Но эта система базирования была ненадёжной. Малейшее политическое потрясение, и советских моряков просили убраться. В частности, так поступил Анвар Садат в середине 1970-х. Так что в основном корабли располагались на точках в открытом море возле берегов Туниса, Египта, Греции и даже Франции с Италией. С точки зрения морской практики процесс хороший, со всех остальных – плохой. Думается, разъяснять подробности нужды нет.

Сейчас мы имеем абсолютно другие расклады и балансы сил. И маловероятно, чтобы американскому 6-му флоту в безъядерном конфликте мог успешно противостоять весь ВМФ РФ. Об отдельно взятом Черноморском флоте нет нужды и говорить. К тому же на местном «театре» появилась явная «прима» в лице турецких ВМС.

Несмотря на свой региональный статус, турецкий флот представляет собой хорошо сбалансированную ударную силу. В его составе – 14 немецких подводных лодок типа 209 (на подходе ещё шесть), способных нести торпеды и крылатые ракеты; 8 многоцелевых модернизированных фрегатов типа «Оливер Хазард Перри»; 4 немецких фрегата, построенных по проекту MEKO; 3 фрегата типа «Муавенет»; 4 фрегата типа «Явуз»; 2 корвета типа MILGEM (6 – в постройке), 6 корветов типа «Бурак». Помимо этого, порядка 30 малых артиллерийских кораблей и ракетных катеров, 20 минно-тральных кораблей, 45 десантных катеров, 8 танкодесантных кораблей проекта LCT, десятки судов обеспечения и достаточно мощная группировка флотских ВВС (порядка 70 самолетов и вертолетов). Конкретные цифры могут отличаться от приведённых, но в целом порядок таков. В ближайших планах создание собственного эсминца ПВО и ввод в действие универсального десантного корабля-вертолётоносца, аналогичного по тактико-техническим характеристикам французским «Мистралям». Ходят слухи даже о желании Анкары построить собственный авианосец. И это – помимо рутинных закупок новых кораблей.

Конечно, в случае резкого обострения международной напряженности ЧФ РФ не останется один. А нагнетание обстановки в нынешних условиях происходит чуть ли не ежедневно. Например, конфликт вокруг лидера крымских татар Мустафы Джемилева — на фоне грядущего 70-летия советской депортации.

Вообще-то для реализации военно-морских амбиций Москве хватило бы на юге немногочисленного, но хорошо оснащённого и боеспособного флота ближнего моря – несколько фрегатов и корветов, пара десятков ракетных катеров, 2-3 подлодки. Этого вполне достаточно ля демонстрации флага и защиты экономических интересов. При большой же войне Черноморский флот РФ вряд ли сможет в одиночку повторить подвиги адмиралов Ушакова и Нахимова. Но этого от него никто и не потребует.