Правый марш тормозит на Севере

Правопопулисты и крайне правые усиливаются практически по всей Европе. Не был исключением и север нашего континента. В 2013 году норвежская Партия прогресса (ПП) финишировала с 16,3% голосов, в 2014-м партия Шведские демократы (ШД) получила около 13%, годом позже «Истинные финны» резко усилили свои позиции, набрав 17,6% голосов, а Датская народная партия (ДНП) и вовсе сумела преодолеть двадцатипроцентный барьер, набрав 21,1%. Но в нынешнем году ситуация начала меняться.

В условиях глобального кризиса, все основные «политические семьи» в Северной Европе – социал-демократы, либералы, правоцентристы – столкнулись с серьёзными проблемами и ослаблением народного доверия. Радикальные левые, за исключением Дании, не смогли воспользоваться ситуацией. А вот правые националисты извлекли для себя выгоду. «В последние годы крайне правые утвердились в Северной Европе как мощная часть политического пейзажа, как политические акторы, выражающие интересы и чаяния самых разных общественных групп», – отмечает профессор Копенгагенского университета, германский политолог Гюнтер Шиффнер.

Сокращение государственных расходов ослабляет некогда мощнейшую социальную политику. Экономика стагнирует. Болезненную для североевропейской общественности проблему создаёт всплеск массовой иммиграции из стран Юга. В этих условиях носители правопопулистской идеологии оказались весьма востребованы. Конечно, говоря о североевропейских крайне правых, надо иметь в виду «индивидуальный», самостоятельный характер каждой партии. В Скандинавии существуют межнациональные партийные федерации по всему спектру, от левых социалистов до консерваторов. Но у крайне правых такое объединение отсутствует. На европейском уровне «Истинные финны» входят в Альянс европейских консерваторов и реформистов, Шведские демократы – в Альянс за прямую демократию в Европе, датские народники участвуют в Движении за Европу свободы и демократии, тогда как норвежские прогрессисты делают упор на двусторонние межпартийные связи и не входят ни в один панъевропейский правый проект.

Но всё-таки у этих партий, можно выделить некоторые общие политические черты. Лозунг «Истинных финнов» – «Благо людей всей страны» – как нельзя лучше может сойти за квинтэссенцию политической стратегии североевропейских правых популистов. Эти партии защищают североевропейскую социальную модель подчас упорнее, чем её создатели – социал-демократы. Хотя и признают, что модель нуждается в модернизации. Они поддерживают прогрессивное налогообложение, высокие налоги социальные отчисления (пожалуй, за исключением норвежской ПП, которая традиционно требует снижения налогового бремени). Добиваются качественного развития инфраструктурных проектов – строительства новых дорог, мостов, школ и поликлиник.

Все без исключения крайне правые в Северной Европе – поборники «сильного государства».  Они требуют ужесточить антикриминальную политику, особенно в отношении рецидивистов. Также данные партии отстаивают традиционные семейные ценности. Ещё одна очевидная общая черта – неприятие массовой иммиграции  и мульткультурализма. «Мы не должны позволить превратить наши города – Стокгольм, Гётеборг, Мальмё – в «северный Бейрут» на потребу тех, кто готов растоптать национальную культуру и историю», – призывает председатель партии ШД Джимми Аккесон. Соответственно, в их электорате высок градус исламофобии.

И наконец, североевропейские крайне правые сходятся в евроскептицизме. ПП, ШД, ДНП последовательно настроены против Евросоюза. По мнению лидера ДНП Кристиана Тульсена, «эта суперорганизация больше забирает у датского народа, чем даёт ему».

Однако именно в 2016 году, как свидетельствуют опросы общественного мнения, все правопопулистские формации в Северной Европе, за исключением ШДведских демократов, заметно растеряли свой рейтинг, потеряв в среднем по 5% народной поддержки. Крайне правые остаются очень важной составляющей национальных политических пейзажей. Но уже можно говорить о приостановке «правого марша» в Скандинавии.

Думается, тут можно выделить три основные причины. Во-первых, почти все рассматриваемые партии несут прямую ответственность за действия властей. В Финляндии и Норвегии правые популисты входят в правительства, их лидеры  Тимо Сони и Сив Енсен возглавляют соответственно министерство иностранных дел и министерство финансов. В Дании либеральное правительство меньшинства существует лишь благодаря парламентской поддержки ДНП. А пребывание у власти, как говорится, имеет свою цену. Во-вторых, экономика и социальная сфера в странах Северной Европы явно вышли из кризиса. В этой ситуации популизм теряет своих сторонников. Ну и третий момент: поток беженцев в Скандинавии ощущается всё меньше, контроль над миграционными процессами в общем и целом принял более жёсткие формы. Шведский же случай с ростом популярности ШД лишь подтверждает правило.

Жорж Камарад, специально для «В кризис.ру»