Никто пока не стоял во главе Грузинской православной церкви дольше, чем Илия II. Почти полвека. Несколько эпох истории. Излёт Грузинской ССР. Бурное время борьбы. Суровое становление независимой Грузии. Несколько кровопролитных войн. Крутые повороты политики. 90%-ный рейтинг. Олицетворение грузинского православия и национального единения. Грузины возвели католикоса-патриарха на пьедестал доверия, не спрашивая его самого. Таким он был нужен Грузии. Теперь этого не станет.
Ираклий Гудушаури-Шиолашвили — так именовался в миру Илия II. Гудушаури — древний клан из области Хеви, горного грузинского востока. Шиолашвили — родовое ответвление Гудушаури, исторически связанное с хевийским селением Сно. Ныне это Казбегский муниципалитет Мцхеты-Мтианети. В прежние века — Душетский уезд. Оттуда родом был отец Ираклия — Георгий Шиолашвили. Крестьянин-землевладелец, крепкий зажиточный хозяин. Сельский авторитет, ктитор православной общины. Ныне родовая усадьба Шиолашвили восстановлена в Сно, с храмом и семейной резиденцией.
По советским меркам, Георгий Шиолашвили был кулаком. Да ещё представителем традиционной элиты горских кланов. Но репрессиям не подвергся. В 1927 году, под конец НЭПа, семья Шиолашвили — Георгий, Нато и семь детей — перебралась из грузинского Душетского уезда в осетинский Владикавказ. Там в 1933 году родился восьмой и младший — Ираклий, будущий Илия.
Глава семьи поступил на административную службу. Хозяйственные навыки помогали в аппарате снабжения. При этом Георгий Шиолашвили сохранил авторитет православной духовности. Его двухэтажный дом во Владикавказе был местом собраний священников ГПЦ, выходцев из грузинских и осетинских горских кланов. Молитвы, степенные беседы, соблюдение обычаев. Власти знали об этом. В 1930-е годы.
Менялись партийные секретари Северной Осетии: Генрих Маурер, Фёдор Коков, Василий Лемаев, Никита Иванов, Николай Мазин, Кубади Кулов. Менялись начальники управления НКВД: Степан Сокаев, Михаил Питковский, Пётр Гладков, Николай Рухадзе. Не все они уходили естественным путём. Около двадцати тысяч репрессированных, более полутора тысяч расстрелянных. Семейство Шиолашвили это миновало.
Шиолашвили и те, кто приходил в этот дом, не конфликтовали с коммунистическим государством. Это было другое: хранение православной традиции и национальной культуры — насколько позволяли признаваемые реалии. Терпеливое ожидание. В такой атмосфере, на таких принципах был воспитан Ираклий Шиолашвили.
В 1952 году он поступил в Московскую духовную академию. Сталинское правительство вело сложные внутренние и международные игры на церковных направлениях. Восстанавливалась «византийская симфония». Планировалось создание подобия «Московского Ватикана». Требовались грамотные и лояльные кадры священнослужителей.
Отличные успехи быстро выдвинули грузинского академиста. В 1957 году он принял монашество с именем в честь пророка Илии. Через два года становится иеромонахом, ещё через два — игуменом. В 1963 году — епископ Шемокмедский. С 1967-го — митрополит Сухумский и Абхазский.
1960–1970-е были не лучшими временами ГПЦ. Первосекретарское правление Василия Мжаванадзе отличалось повышенной коррупционностью, и это отражалось на церкви. Растратились достижения патриарха Каллистрата, добившегося в 1943 году автокефалии ГПЦ от Московской патриархии. Авторитет духовенства стал крайне низок. Иерархия коммерциализировалась в сращивании с партаппаратом и криминалом. Достаточно сказать, что при хрущёвский атеистической кампании в ГГПЦ даже не искали ренегатских аналогов Александра Осипова. Незачем разоблачать, когда и так все всё знают…
Священников в Грузинской ССР оставались считанные десятки. Как и храмов ГПЦ. Ходили туда очень немногие. Но отвержение церкви как структуры поразительно сочеталось в Грузии с силой православия как веры. Кристаллизовалось понимание: это есть неотъемлемая черта грузинской идентичности. Это национальное. Иерархия ГПЦ не причём.
Мжаванадзе был отстранён в 1972 году. Тогда же католикоса-патриарха Ефрема II сменил Давид VI. Положение церкви от этого не изменилось. Первый секретарь ЦК КП Грузинской ССР Эдуард Шеварднадзе, начальник КГБ Грузинской ССР генерал-полковник Алексей Инаури серьёзно задумались над упорядочением церковных дел. Хотя бы для разбивания коррупционных связок. И вообще, для приведения в пристойный вид. Властям требовался структурный контроль над верованиями масс.
В ноябре 1977-го скончался Давид VI. Лучшей кандидатурой смотрелся митрополит Илия. 44 года, символичная молодость. Уникальная популярность среди верующих. Искусство компромисса. Склонность к доброжелательному сотрудничеству. Разветвлённые связи в кавказском духовенстве и в иерархии РПЦ. Шеварднадзе и Инаури были вполне довольны выбором Поместного собора ГПЦ. Совет по делам религий под председательством генерал-лейтенанта госбезопасности Владимира Куроедова также возражений не имел.
Но случилось несравнимо большее, нежели ожидало партийное и гэбистское начальство.
Мягкой, но неуклонной чисткой Илия II разобрался с одиозными кадрами. Жёсткий финансовый аудит в партнёрстве с подчинёнными Инаури обеспечивал лояльную сговорчивость старых иерархов. Прекратились махинации с церковным антиквариатом, откровенная продажа санов. Новый католикос-патриарх сделал ставку на привлечение образованной гуманитарной молодёжи. Священниками ГПЦ становились историки, художники, филологи. Открылась Тбилисская духовная академия.
Испарился образ «невежественного попа-цеховика из КГБ». На порядок возросло количество приходов и храмов. Вновь потянулись люди. В проповедях зазвучало обращение к Триединству: Язык, Отечество, Вера. Отчасти даже перехватывалась повестка диссидентов-националистов. Ещё при коммунистической власти ГПЦ превращалась в самый уважаемый общественный институт. Илия II был лицом возрождённого доверия.
В 1989 году автокефалию ГПЦ признал Константинопольский — Вселенский — патриархат. Илия II принял томос. Впервые в истории грузинского православия.
Но тот же 1989 год — это 9 апреля на проспекте Руставели, 21 смерть. Илия II побывал там перед началом побоища. «Меня оповестили, что угроза реальна. Возможно, остались минуты», — сказал он… и предложил всем уйти. Единственный раз был он встречен холодно. И — покинул место событий.
Это забыли не сразу Неистовый Звиад Гамсахурдиа так и не простил. Равно как позицию в гражданской войне, когда патриарх-католикос не призвал грузин с оружием в руках защищать законного президента. Более того, Илия II вполне принял в 1992 году возвращение старого знакомого Шеварднадзе. Хотя бы потому, что с ним иметь дело было проще, чем с Военным советом, где рулил криминальный босс-театровед Джаба Иоселиани. «Мхедриони» — это ведь своё православие, особое.
Триумфом Илии II стал конкордат с Шеварднадзе 2002 года. За ГПЦ официально признавался статус государства в государстве. Не говоря об огромных привилегиях по части собственности и финансирования. Собор Святой Троицы — Самеба, возведённый на горе Элиа, стал символом полувекового патриаршества Илии.
А вот с Революцией роз и президентством Михаила Саакашвили отношения явно не складывались. Прозападное либертарианство не для ГПЦ, что тут говорить. Чего стоил заход католикоса-патриарха в тюремную камру к оппозиционеру Ираклию Батиашвили. Равно как нескрываемая тяга к примирению с Москвой, встречи с Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым.
Зато приход к власти «Грузинской мечты» ознаменовал возвращение симфонии. С Бидзиной Иванишвили у Илии II сложилось не хуже, чем с Эдуардом Шеварднадзе. Грузинское православие отличалось монолитным традиционализмом во все свои века. Идеологически ГПЦ вполне поддержала правительственный курс. В том числе 2024–2025 годов: авторитарное ужесточение, разворот от Европы, огосударствление «традиционных ценностей», противостояние западной «тлетворности». Напрасно ждали некоторые оппозиционные идеалисты церковных протестов против жестокой полицейщины. Этого быть не могло. Такое государство устраивает консервативную церковь. Во всяком случае, нынешнюю ГПЦ.
Но в том и суть, что грузинам не важна политическая позиция патриархии. Тем более Илии II, чей личный авторитет был выше церковного. Православие — это нация. Католикос-патриарх — это тот, кто возродил грузинскую церковь после тяжких лет. Создал цельность, стойкую в социально-политических бурях. И почитаем за это.
В Грузии объявлен траур. Приспущены национальные флаги. Сегодня собирается Священный синод. Через сорок-шестьдесят дней соберётся Поместный собор. Скорей всего новым католикосом-патриархом станет нынешний патриарший местоблюститель Шио (Элизбар Муджири), митрополит Сенакский и Чхороцкуйский. Он уже длительное время по факту управляет ГПЦ. Наследник линии Илии, консервативный традиционалист. Полностью лояльный партнёр «Грузинской мечты» и лично Иванишвили.
В альянсе с Шио выступает архимандрит Илия (Насидзе). Вокруг него группируется консервативный актив, агрессивно антиевропейского плана. На противоположном полюсе — митрополит Потийский и Хобский Григорий (Бербичашвили). Относительно либеральных взглядов. Сторонник евроинтеграции Грузии, друг Украины. Авторитетный в интеллигенции и молодом духовенстве. Однозначно неприемлемый для «Грузинской мечты». Если же сторонники Шио и Григория заклинят друг друга, компромиссными фигурами могут стать митрополит Чиатурский и Сачхерский Даниил (Датуашвили) или митрополит Ахалкалакский, Кумурдойский и Карсский Николай (Пачуашвили). Первый — дипломатичный центрист. Второй — физик по образованию, импонирующий либералам.
«В доме было спокойно всегда. Я не слышал громкого слова», —вспоминал свои детские годы Илия II. Это миросозерцание он старался пронести через всю жизнь. У него получалось, даже на переломных поворотах. Кому другому это удастся едва ли.
Андрей Фетилин, специально для «В кризис.ру»