На расширенной коллегии Федеральной службы исполнения наказаний выступил директор ФСИН Аркадий Гостев. Генерал внутренней службы привёл показательную статистику тюремно-лагерного ведомства. Общее количество заключённых в России продолжает снижаться. По состоянию на конец 2025-го, контингент учреждений ФСИН сократился с 313 тысяч до 303 тысяч. В 2000 году, не забудем, начинали с миллиона. Зато по политическим обвинениям госбезопасности налицо взрывной рост.
По «преступлениям террористического характера» в тюрьмы, изоляторы и колонии брошены 5412 человека. Показатель возрос более чем на 40%. По всему вороху «экстремизма» отбывают 1781. Рост более чем на треть. Далеко-далеко не все реально вели вооружённую борьбу с режимом. Хотя есть, конечно, и это. Но сплошь и рядом речь идёт о произвольных натягиваниях — «оправдании терроризма», «содействии терроризму», «участии в террористическом сообществе». Именно так репрессировали петербургского публициста Александра Скобова и алтайскую протестную активистку Аруну Арну.
«Террористические» же сообщества — к примеру, Вильнюсский форум Гарри Каспарова или Антивоенный комитет Михаила Ходорковского. С участием Виктора Шендеровича и Екатерины Шульман. Таким неадекватным расширением почётные звания даже как-то дискредитируются.
27,6 тысячи заключённых — иностранные граждане. Почти каждый десятый. 69% этого состава — из стран постсоветской Средней Азии. Обычно общеуголовные темы или специфика, связанная с нарушением ужесточаемых миграционных правил. Но бывает и иное. Как раз сегодня оглашён приговор за «Крокус». Именно по данной ситуации стоит немало вопросов, на которые никто не собирается отвечать. Другое очевидно: власть в принципе опасается трудовых мигрантов, их анклавной самоорганизации. Но экономически не может без них обойтись. Переваливая проблематику на МВД и ФСИН.
Между тем, обоим ведомствам хватает своих забот. Ежегодно залипают сотни тысяч по «народным» статьям типа кражи и наркоты, тысячи по грабежам, разбоям, убийствам. Грузнеют особые составы типа бандитизма и «трёх гусей». А на службах некомплект. Не только полицейский бич, о чём говорили на коллегии МВД министр Владимир Колокольцев и сам Владимир Путин. То же в охране-конвое. Недостаёт, по словам Гостева, почти четверти штата, свыше 50 тысяч. Более 40% увольняются до пенсии. Нагрузки, усталость, напряг в коллективах… И это при том, что по одному сотруднику приходится уже на одного-двух заключённых.
Заместитель министра юстиции Вадим Баланин обещал порешать вопрос о повышении денежного довольствия в уголовно-исполнительной системе. А также укрепления социальной защищённости. И конечно, престижа службы. Вот с этим даже непонятно, откуда берутся сложности. Не в Древних же Афинах живём, даже не в Древнем Риме, где надзор считался делом рабов. У нас-то другие традиции: «Отпусти-ка меня, конвойный, прогуляться до той сосны» — знала Марина Ивановна, что пишет. А всё равно прорывается евтушенковское: «Кто узнает, как он там служил… Вроде бы наград не заслужил. Но чертой невидимою он от команды нашей отделён». Неодолимо.
Но по крайней мере, становится можно жить. Смертность за год сократилась на 12%. На четверть снизились туберкулёзные показатели. Так, глядишь, дойдёт до идеального: «Всё хорошо, кроме того, что я здесь». И чтоб в ответ: «Не грусти, ты здесь никому не нужен».
Вне войны в РФ нет ныне ничего. 16 тысяч осуждённых делают экипировку и металлоизделия оккупационных войск в Украине. В прошлом году выполнено заказов на 5,4 млрд рублей. Вот это достойно отдельного сочувствия. Порядочный арестант понимает.
Сергей Шумильский, специально для «В кризис.ру»