Серж и Александр двинулись за Ленином

Такое уже было в прошлом ноябре – синхронные выборы в трёх разных странах со сходными результатами. Нечто подобное повторилось в это воскресенье. Тогда победу торжествовали представители консервативных и «трампообразных» сил. Теперь – силы, находящиеся у власти, обеспечившие преемственность курсов. Тогда – в Никарагуа, Болгарии, Молдове. Теперь – в Эквадоре, Сербии, Армении.

Ленин в Кито

Избирая президента, граждане Эквадора отвечали на вопрос: продолжится ли в Южной Америке «правый поворот» или где-то левые ещё сохраняют достаточную популярность? В экваториальной латиноамериканской стране десять лет находился у власти Рафаэль Корреа, деятель «социализма XXI века», последователь Уго Чавеса. Выяснилось, что да. Главой государства избран представитель правящей левой коалиции Ленин Морено. Эквадор составил исключение на общем фоне правых побед в Аргентине, Гватемале, Бразилии. И при этом удержался в правовом поле на фоне фактического госпереворота в Венесуэле и насилия в Парагвае.

По сравнению с той же Венесуэлой, эквадорские власти оказались, можно сказать, на высоте. Армейского патрулирования магазинов им вводить не пришлось. Несмотря на радикальную конституционную реформу, о политических репрессиях венесуэльского типа и показательных процессах из Эквадора слышно не было. Политический плюрализм не ущемлялся, свобода слова не преследовалась.

В социально-экономической сфере левый поворот был заметен. Но, по словам самого Корреа, «мы действовали таким образом, чтобы рыночная экономика получила достаточный гражданский и социальный импульс». Дело ограничилось усилением госсектора в нефтяной отрасли и запуском новых амбициозных углеводородных проектов. Повысились бюджетные расходы по социальным статьям, статистический уровень бедности отступил с отметки 44% до 22,5%.

Эквадор – нефтедобывающая страна (хотя далеко не в масштабах Венесуэлы или России). Закономерно, что в годы дорогой нефти росли и среднестатистические доходы эквадорских семей. Вместе с тем, как отмечает французский эксперт по Латине Жан-Жак Курляндски, «Эквадору, как и другим странам «левого полюса», так и не удалось распрощаться с зависимостью от сырьедобывающих секторов». Более того, при Корреа эта зависимость усилилась. Сегодня на «нефтянку» приходится 40% всех государственных доходов и около 60% эквадорского экспорта. И когда цены на «чёрное золото» системно пошли вниз, это не могло не сказаться негативным образом на состоянии эквадорского общества.

Дабы компенсировать потери, правительство повысило налоги. Энтузиазма такие меры нигде не вызывают. Планы строительства новых нефтепроводов и бурения новых скважин привели к конфронтации с мощным в Эквадоре индейским движением, оберегающим свои исторические земли. Усилилась правая оппозиция.

В феврале правящий Альянс ПАИС («Гордое и суверенное Отечество») получил большинство мандатов в Национальной ассамблее. Но если в былые годы социалистический ПАИС набирал свыше 50% голосов, то на сей раз более половины эквадорцев отдали голоса за правоконсервативную оппозицию. И во втором туре президентских выборах кандидат левых Ленин Морено (родившийся, как явствует из имени, в пламенно коммунистической семье) вырвал победу буквально «на флажке».

Немалую роль в его победе сыграли здесь массовые симпатии лично к Морено. В 1998 году он стал жертвой уличных грабителей. Негодяи прострелили ему позвоночник. Врачи были уверены, что он никогда не вернётся к активной жизни. Но Морено выстоял с помощью «смеховой терапии». Он передвигается в инвалидной коляске, но живёт более чем полнокровно. Главным направлением его деятельности все эти годы была помощь инвалидам.

Соперником Ленина Морено выступал Гильермо Лассо, представляющий правооппозиционное движение «Создающие возможности». Лассо – главный акционер Банка Гуаякиля, ведущей финансовой структуры Эквадора. Перед вторым туром консерватора Лассо поддержала правоцентристская Социал-христианская партия.

Лассо сделал ставку на зажиточные и «креативные» социальные группы. Морено – на малоимущих трудящихся и пауперов. Оппозиция призывала «покончить с социалистическим экспериментом» и обещала создать за четыре года миллион рабочих мест (безработица – острая проблема современного Эквадора). Правящие социалисты призывали «продолжить социальную политику действующей власти». Наконец, отдельным вопросом была судьба подзабытого, но существующего Джулиана Ассанжа, который скрывается в эквадорском посольстве в Лондоне, т.е. под защитой эквадорского государства. Морено собирается защищать его дальше, Лассо – выгнать с экстерриториальной территории Эквадора.

В итоге немногим более 50% избирателей проголосовали за Ленина Морено, чуть меньше поддержали Гильермо Лассо. На стороне Морено оказались северные и западные регионы, в том числе столица Кито – административно-политический и промышленный центр. Лассо отдали предпочтения центр, юг и восток, в том числе крупнейший город страны Гуаякиль – крупный порт и коммерческий центр с большим удельным весом «теневой экономики».

Гильермо Лассо заявил о фальсификациях и фактически призвал сторонников не признавать итоги выборов. Но скорей всего мы всё же будем наблюдать возвращение Ленина в качестве главы государства. Да ещё в Семнадцатом году! Но это совсем другой Ленин. Без красного террора.

Александр Белградский

Президентские выборы состоялись 2 апреля и в Старом свете. Нового президента избрала Сербия. Хотя там президент, в отличие от латиноамериканских государств, не ключевая политическая фигура. Основные выборы – парламентские. Главой исполнительной власти в Сербии является премьер-министр.

Но и президент играет значительную роль в системе государственной власти. Хотя бы потому, что является верховным главнокомандующим. С премьерского на президентский пост перемещается Александр Вучич.

Последнюю пятилетку главой сербского государства был ветеран-националист Томислав Николич. Он, конечно, давно не тот радикал, что в «великосербскую» эпоху 1990-х. Однако курс Николича отличался жёсткостью на фоне сербского же правительства. Например, в совсем недавнем конфликте вокруг железнодорожного маршрута из Белграда в Северное Косово.

Возглавлял же правительство сподвижник Николича по Сербской прогрессивной партии (СПП) Александр Вучич. Он и сменяет теперь Николича на президентском посту. Вопрос решился в первом же туре. Кандидат СПП Вучич собрал более 55% голосов. Он намного опередил ближайшего соперника – бывшего омбудсмена и журналиста Сашу Янковича, поддержанного левоцентристской Демократической партией.

Таким образом, победу торжествуют СПП и её национал-патриотические союзники. Политическая программа которых весьма диалектична: акцентированный сербский национализм соединён с тягой в Евросоюз. В этом главное отличие СПП от ультранационалистической Сербской радикальной партии, из которой Вучич и Николич вышли в 2008 году. За эти девять лет созданная ими СПП превратилась в самую сильную и популярную партию Сербии.

Вучич, безусловно, правый политик. Он проповедует европейские ценности на сербский лад. Требует решительной борьбы с коррупцией, «жёсткой экономии» в финансовой политике. Однозначно настроен на евроинтеграцию. В то же время, его недавний визит в Москву показывает готовность нового сербского президента к дипломатической гибкости.

Выборы продемонстрировали сохранение политической гегемонии СПП. Однако это гегемония далеко не тотальна. Не говоря о левоцентристской оппозиции, более 300 тысяч человек – 9% избирателей, преимущественно молодых – отдали голоса за 25-летнего Луку Максимовича. Этот молодой общественный деятель, профессиональный комедиант, вёл кампанию от имени придуманного им персонажа Бели (в переводе с сербского «белый»). Лука-Бели эпатажно выходил к публике в белоснежном костюме, выезжал на белом коне и вёл антисистемную агитацию. Как заявил сам «бронзовый призёр» выборов: «Внимание, которое мы привлекаем к себе – это пощёчина властям и оппозиции».

Серж над Ереваном

А вот на парламентских выборах в Армении внесистемная оппозиция никаких дивидендов не получила. Системная, впрочем, тоже. Здесь всё закончилось 2 апреля так, как того желала центральная власть.

Правящая Республиканская партия Армении (РПА) вновь одержала уверенную победу: 49% голосов и 69 парламентских мест из 131. При этом следует учитывать, что недавно в Армении утверждена конституционная реформа, переводящая госуправление на парламентскую систему. Стабильное большинство в Национальном собрании очень важно для правящей группы нынешнего президента Сержа Саргсяна.

Идеологически РПА – правая консервативно-националистическая партия. В практической же политике она напоминает «Единую Россию» (с которой, кстати, поддерживает тёплые межпартийные отношения). С поправкой на иное состояние армянского общества. Оно лучше организовано и более динамично, чем сейчас в РФ. Установить в Армении режим, вполне аналогичный путинскому, невозможно. Но плотный контроль над политикой, экономикой и СМИ, с идеологической накачкой и подавлением протестов герои карабахской войны установили давно.

Сдвинуть ситуацию в этом плане не удаётся. Ни системной оппозиционностью, ни уличными протестами. В крайнем случае, у властей всегда наготове безотбойный аргумент – нескончаемая военно-политическая конфронтация с Азербайджаном. Требующая общенационального сплочения вокруг национальных лидеров. Кто-нибудь попробует возразить?

Вроде бы оппозиция в стране есть. И не самая слабая. Армянский национальный конгресс возглавляет Левон Тер-Петросян, первый президент независимой Армении, лидер национальное движение в позднесоветские времена, (легендарный Комитет «Карабах»). «Армянское возрождение» выступает с либерально-центристских позиций, но её оппозиционность сомнительна с тех пор, как основатель партии Артур Багдасарян вошёл в Совет безопасности при Саргсяне. Ностальгистская Компартия Армении апеллирует к розовым воспоминаниям поколения, заставшего первого секретаря КП АрмССР Карена Демирчяна в спокойные брежневские времена. Армянская революционная федерация «Дашнакцутюн» отважно сражалась и против Российской империи, и против коммунистического СССР, но после достижения независимости часто переходит от оппозиции к властям и обратно.

На этот раз главную перчатку бросил «Альянс Царукяна», созданный вокруг либерально-консервативной партии «Процветающая Армения». Её лидер действительно цветёт. Гагик Царукян – крупнейший армянский олигарх, глава холдинга «Мульти», включающего четыре десятка крупных компаний (от винных и пивных заводов до производства автомоторов и фармацевтики).

Длительное время он, как и положено олигарху, жил с властями душа в душу. Но года два назад здесь произошёл какой-то слом, и Царукян вступил в жёсткий публичный конфликт с президентом Саргсяном. Что-то из фильма «В джазе только девушки»: «Кое-кто скажет, что он зарвался! А я скажу, что он далеко пойдёт. Кое-кто скажет, что он и так далеко зашёл! А я скажу: хорошего человека не надо останавливать».

«Альянс Царукяна» показал на выборах второй результат: 27%, 33 мандата. У партии Тер-Петросяна и её партнёров будет 7 мандатов, у «Армянского возрождения» и «Дашнакцутюн» – по 5. Прошли в парламент ещё несколько небольших групп. Потеряли представительство разве что коммунисты.

Те, кто составит РПА компанию в стенах парламента, являются, как правило, партнёрами или спойлерами правящей партии. Так что не так важно, станет ли новым главой правительства действующий президент Серж Саргсян, или  останется назначенный республиканским большинством Карен Карапетян: политическому господству ориентированных на Москву армянских правых ничего пока не угрожает.

Жорж Камарад, специально для «В кризис.ру»