Хоть похоже на Россию…

На будущий год планируется визит Владимира Путина в Южно-Африканскую Республику. Дело почти решённое. Президент ЮАР Джейкоб Зума был одним из не очень многих высоких иностранных гостей московского 70-летия Победы. Отдельная встреча с ним была подчёркнуто дружественной. «ЮАР – наш ведущий партнёр на Африканском континенте», – сказал тогда Путин. Возможно, в этом есть некоторое преувеличение – скажем, Ангола по всем параметрам гораздо ближе к РФ. Но в Москве явно хотели бы, чтобы данное место действительно занимала Претория. ЮАР пока ещё самая развития страна на Чёрном материке. И к тому же член социально близкого БРИКС.

Во власти рулит группировка спецслужб

Ещё в прошлом месяце предстоящий визит анонсировала министр иностранных дел ЮАР Маите Нкоана-Машабане. «Президент Путин довольно длительное время не посещал нашу страну, – заметила она. – Поэтому президент нашей страны надеется, что глава РФ Владимир Путин мог бы рассмотреть возможность визита в ЮАР в 2016 году». Сергей Лавров не возразил. Действительно, съездить туда стоило бы. Не только в порядке консолидации родственных правительств. Также и для реального обмена опытом. Многое в ЮАР похоже на РФ.

Правящие режимы, правда, заметно различаются. В ЮАР, в отличие от РФ, президентов и депутатов до сих пор реально выбирают. Многопартийность не сводится к «единой и справедливой». Более двадцати лет страной правит Африканский национальный конгресс (АНК) с его полупутинистской идеологией. Но в парламенте присутствуют и белые либералы, и чёрные правопопулисты, и даже бурские консерваторы из бывших силовиков апартеида. Оппозиционность не приравнивается к нацпредательству и терроризму, за антиправительственный пикет сходу не сажают. Сказываются вековые навыки парламентаризма, занесённого сюда британцами после англо-бурской войны (вместе с концлагерями для пленных буров).

Но президент Джейкоб Зума – бывший коммунист, как и Владимир Путин. Во власти, как в РФ, рулит мощная группировка спецслужб, возглавляемая министром разведки Ронни Касрилсом. Этнический еврей родом из Литвы, по профессии телевизионщик и рекламист, он более полувека является столпом Африканского национального конгресса. Был организатором боевых групп и подпольного секьюрити АНК, многолетним деловым партнёром ГРУ и КГБ СССР.

Именно такие люди, а не Нельсон Мандела с его чернокожими соратниками, стояли в авангарде борьбы с ненавистным расистским режимом. Мозговой центр АНК, не говоря о местной компартии, возглавляли Ронни Касрилс и покойный Джо Слово – тоже литовский еврей, командир боевиков, идеолог сталинизма и влиятельный министр в первом кабинете Манделы.

Не зря говорил министр обороны в последнем белом правительстве Магнус Малан: «Мы ведём борьбу за души африканцев, которыми сейчас управляет революционная элита». Но эту борьбу буры проиграли. Слишком поздно сподобились убрать повсеместные таблички «Только для белых!» Слишком свежа была память о полицейских избиениях, пропусках из гетто и каторжных фермах. «Я никогда не испытывал докучливых сомнений по поводу того, прав я или нет», – говаривал Хендрик Фервурд, прозванный «апостолом апартеида» и «бурским Сталиным» (зарезал его, кстати, белый – прямо в парламенте – за недостаточную заботу).  И когда реформаторы Питер Бота (нечто вроде бурского Андропова) и Фредерик де Клерк (даже внешне похожий на Горбачёва) усомнились и начали многое менять, оказалось поздно.

Запоздала и очень перспективная ставка на чернокожих антикоммунистов из правопопулистской партии «Инката». Проницательный военный министр Магнус Малан приказывал вооружать и тренировать зулусских боевиков. Эта гражданская самооборона могла бы в начале 1990-х сильно окоротить АНК с коммунистами. Но запретил де Клерк: дескать, что за «эскадроны смерти»?!

«Видно, поняли нрав их земли»

Де Клерка, отменившего апартеид и предоставившего негритянскому большинству равные права с европейцами, ненавидят белые и презирают чёрные. (А ведь как популярен был он, придя к власти в 1989-м. Даже большинство белых проголосовали на референдуме за его перестройку, не слушая предостережений Боты: остановитесь, далеко заходим!) Есть, правда, у него небольшая группа поддержки. Это немолодые белые люди, кому в начале 1990-х было лет тридцать. Тогда они мечтали о новой Южной Африке – многорасовой и демократической. Теперь ходят на митинги, повторяют те же слова. Вспоминают юную весну своих надежд, свою борьбу за права чернокожих сограждан… Что-то вроде наших «Солидарностей» и «Демократических Петербургов».

Сограждане – что чёрные, что белые – с ними обычно даже не разговаривают. Благородство либералов не смотрится после двух десятилетий кровавых побоищ, на фоне городов-помоек, когда-то бывших сверкающей витриной континента. Белая община деморализована. Бурские фермеры стараются по возможности не выходить за ворота семейных владений – благо, Мандела не допустил тотальной национализации или чёрного передела по образцу зимбабвийского режима Мугабе. Кто постарше, ностальгируют по благоденствию и безопасности 1970-х годов. Когда за порядком следила не братва из мультикультуральных кварталов, а знающие закон полицейские министра-расиста Джимми Крюгера. А за расправу с белым неизбежно было попадание в Бюро госбезопасности. Опять-таки знавшее своё дело, хоть босса Хендрика ван ден Берга (при Манделе – фермера-куровода) и называли гестаповцем. Вроде как жить было можно.

Иногда ностальгирующие вступают в Африканерское движение сопротивления. Эта организация больше сорока лет бьётся за бурское «народное государство», куда неграм будет запрещён вход. В апреле будет шесть лет, как основателя с говорящей фамилией Тербланш зарубили во сне негры-батраки. Без всякой расы и политики – зарплату на две недели задержал.

Белые помоложе настроены агрессивнее, но и депрессивнее. Они клянут себя за то, что не остановили де Клерка с его прекраснодушными фанатами. Не поддержали «одумавшегося» Боту, а то и Тербланша, пока ещё был шанс. Некоторые уже решаются вооружаться. Ищут связей с подпольными группировками буров, чтящих даже не Боту, а Фервурда, которого запомнили как «правителя золотого века». Вроде террористов «Бурмаг», устроивших несколько взрывов в 2002 году и собиравшихся убить Манделу. Кстати, само слово «бур» – ксенофобская кличка, придуманная англичанами и подхваченная неграми. Вроде здешнего «ватника». Как же надо было разозлиться, чтобы самим так себя назвать? Впрочем, говорил же Бота: «Мы ненавидим британский империализм, мы ненавидим коммунизм, мы ненавидим эксплуатацию, и не будите льва в африканерах, ибо страшен их гнев».

Собираются теперь отбиваться от царящей на улицах чернокожей братвы. «Видно, поняли нрав их земли вашингтонские старые девы. И какие плоды принесли благонравных брошюрок посевы» (Николай Гумилёв).

Так в африканерской части белой общины возрождается оголтелый расизм и неонацизм. В порядке самозащиты. Но это редкость. Даже среди буров-африканеров, которые обычно фермеры, реже лабазники или квалифицированные рабочие. В английской же части – буржуазия и интеллигенция – подобного нет вообще. Тем более среди молодёжи, хоть голландско-, хоть англоязычной. Юноши и девушки вообще не хотят думать, что наворотили отцы и деды. Стараются жить своей жизнью. Или уехать. Вот и опять – «хоть похоже на Россию»…

Убийства остановили из Пекина

Не то чёрные южноафриканцы. Эти с детства вписываются в политику, сведённую к криминалу. Кошмар Джейкоба Зумы не межрасовые, а внутрирасовые конфликты. В стране перманентная российская «Манежка-2010». Коренные жители ЮАР убивают «понаехавших» из соседних африканских стран. Зулу из «Инката» бьются с коса из АНК. (Хотя Джейкоб Зума по национальности как раз зулу, подобно лидеру чёрной оппозиции, королевскому потомку Мангосуту Бутелези.) Последняя вспышка кровавых погромов пришлась на весну 2015-го.

В ЮАР сложносочетанная система государственной администрации и традиционного управления племенных авторитетов. Зулу считаются и гражданами республики, и подданными короля Звелетини. Который и призвал очищать районы зулусского проживания от нелегальных (как и легальных) мигрантов. Разбираться приехал сам Зума, но его согнали с трибуны под громовое «Да здравствует король!» Зато с удовольствием слушали лидера партии «Сражающиеся за экономическую свободу» Джулиуса Малему. Партия, несмотря на либеральное название – ультралевая, Малема фанат Мао Цзэдуна и Че Гевары. Но в то же время он богатый человек, с личными вертолётами и тесными связями в Вашингтоне и в офисах транснациональных корпораций. При такой диалектике никто не удивился, когда 30-летний левак поддержал 67-летнего короля.

Уличные убийства остановило лишь вмешательство из… Пекина. Африканский отдел МИД КНР недвусмысленно предупредил Зуму: либо кончать замес, под который могли попасть и китайские бизнесмены, либо забыть об инвестициях. Правительство, в свою очередь, тут же напомнило королю Звелетини, что его личные долги покрываются государством. В обоих случаях сработало. Сражение за экономическую свободу приостановилось. Такое вот сотрудничество в рамках БРИКС.

В общем, Путина не зря приглашают. Есть, что посмотреть, с чем сравнить, чему поучиться. Но, может быть, это и ставит под вопрос запланированный визит? Своего, в конце концов, хватает.

Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»