На «Буке» и «Боинг» горит

Евробюрократия славится и гордится своей дотошностью. Как говорится, был бы толк… Но с этим, откровенно говоря, случается много проблем. Оглашённый сегодня доклад Совета безопасности Нидерландов о крушении малайзийского пассажирского авиалайнера в Донбассе 17 июля 2014 года, при всей скрупулёзности изложения, не ответил на главный вопрос: кто? И тем самым фактически сдал инициативу расследователям из российского концерна «Алмаз-Антей», которые, разумеется, возложили вину на украинскую сторону.

Ничего принципиально нового из европейского доклада мы не узнали. Председатель голландского СБ Тьиббе Яустра озвучил главный вывод экспертов: «Боинг» был сбит ракетой 9М38, выпущенной из произведённого в РФ зенитно-ракетного комплекса «Бук». Но в этом никто всерьёз не сомневался с самого начала.

Замалчивается другое: какая сторона вооружённого конфликта на востоке Украины контролировала зону пуска ракеты на момент катастрофы? Об этом в докладе не говорится. Более того, Тьиббе Яустра заявляет, что этот вопрос относится к сфере уголовного расследования и потому не входит в компетенцию возглавляемого им органа.

Хочется задать сакраментальный вопрос: в таком случае, о чём спич?

Из предварительных утечек следовало, что ответственность за крушение малайзийского «Боинга» несут «пророссийские боевики». Что, кстати, вполне коррелировалось с гордыми заявлениями Гиркина-Стрелкова об «очередном птичкопаде», сделанными в первые минуты после катастрофы и тут же взятыми назад, когда выяснилось, что самолёт не украинский и не военный. Но на данном этапе СБ Нидерландов воздержался от такого утверждения. Напоминая выводы другой еврокомиссии, по расследованию Пятидневной войны 2008 года. Тогда тоже был дан прямой ответ: виноваты либо россияне, либо грузины. Вот так чётко, конкретно, невзирая на лица. Нечто подобное повторилось теперь.

Следует учесть тонкости процедуры представления голландского доклада. С текстом желающие смогли ознакомиться лишь к вечеру 13 октября. Зато нешуточная суматоха поднялась с утра. Превентивный информационный удар нанёс производитель ЗРК «Бук» – концерн «Алмаз-Антей».

На специальной пресс-конференции были представлены результаты «натурного теста поражения аналога малазийского самолёта Boeing 777 рейс МН17». Для этого специально обстреляли кабину самолёта Ил-86, которая примерно соответствует кабине «Боинга». (Кстати, отчего было не взять под это дело борт из оказавшегося никому не нужным авиапарка «Трансаэро»?)

«Алмаз-Антей» выступил с гораздо более чётким заявлением, нежели СБ Нидерландов. Его вывод таков: запуск ракеты был произведён из района южнее села Зарощенское, а не из населённого пункта Снежное. Различие понятно. Снежное – это зона, подконтрольная вооружённым формированиям ДНР, которые на том этапе войны возглавлял Гиркин-Стрелков, отчитавшийся о «птичкопаде». Зарощенское контролируется сейчас и контролировалось тогда вооружёнными силами Украины. Пресс-конференция «Алмаз-Антея» смотрелась гораздо эффектнее нейтрального доклада голландцев.

Правда, даже высококлассные специалисты «Алмаз-Антея» не могут ответить на все вопросы. Например, откуда в фюзеляже сбитого «Боинга» оказались поражающие элементы, вовсе не характерные для ракеты 9М38. Между тем об ином поражающем оружии речи не идёт, и в этом выводы совпадают с нидерландскими. Подчёркивается, что с 1986 года такие ракеты не производились в СССР, а с 2011 года сняты с вооружения в РФ. Желается заключение: стрелять мог кто угодно, кроме российских военных. Заметим – про них упомянул не автор этих строк, а генеральный директор концерна Ян Новиков.

Не забудем также, что «Алмаз-Антей» можно назвать весомым элементом государственной системы РФ. Не только потому, что 100%-ный пакет в ОАО принадлежит Федеральному агентству по управлению государственным имуществом. Не менее существенно, что год назад совет директоров концерна возглавил Сергей Чемезов. Генеральный директор госкомпании «Ростех», член бюро «Единой России» считается представителем ближайшего окружения Владимира Путина. С этой точки зрения выступления концерна можно рассматривать как сделанные от имени Кремля. С соответствующим характером позиции.

В то же время активность узконаправленных специалистов не может не удивлять. Скажем, компьютерный разбор 14 млн возможных вариантов катастрофы. Или декларация о снятии грифа секретности с ряда материалов. Наконец, истовое желание руководства концерна предоставить свои доводы во все международные инстанции. Вообще-то, доводы одного государственного органа, в данном случае СБ Нидерландов, должна бы парировать структура, аналогичная по официальному статусу. Однако Минобороны РФ более увлечено красивыми видеокартинками из Сирии. Есть Следственный комитет, но вездесущий Владимир Маркин на этот раз молчит. Неудивительно, поскольку у СК РФ своя версия: украинский Су-25, летчик Владислав Волошин и израильская ракета «Питон» класса «воздух-воздух». Не слишком стыкуемая с натурным тестом «Алмаз-Антея». Вспоминается культовая в своё время повесть «Иванов и Рабинович»: «Сколько лет твердим о порядке, о взаимодействии, об элементарной информированности всех отделов и подразделений, а ведь по сей день одна рука не знает, что делает другая!.. Ах, нет на нас Андропова… Не вовремя ушёл от нас Юрий Владимирович!»

При этом никто ещё никому не предъявлял каких-либо официальных претензий. Предварительные выводы сентября 2014 года формулировались в очень осторожном ключе: «самолёт потерпел крушение из-за проникновения извне большого количества высокоэнергетических объектов». Международное уголовное расследование продолжается под руководством нидерландского прокурора Фреда Вестербреке. Нервно-негативная реакция Москвы понятна. Ведь на данный момент власти РФ – явно главный подозреваемый, который к тому же регулярно меняет свои показания. Иностранцы явно предполагают, что тем самым она хочет запутать следствие. Впрочем, право защиты можно будет использовать в суде. Который наверняка будет, пусть не под эгидой ООН, где РФ активно, порой в ущерб имиджу, пользуется правом вето. Есть и Международный уголовный суд, и прецеденты типа «дела Локерби».

Похоже, к такому повороту событий готовы в том же «Алмаз-Антее». «Огромный объём накопленных данных… мы готовы передать как в международную комиссию по расследованию катастрофы, так и в европейский суд», – эти слова Яна Новикова вполне можно принять за предварительное согласие с таким поворотом событий. У «Алмаз-Антея» есть ведь и особый интерес: концерн добивается снятия с себя международных санкций.

Аркадий Орлов, «В кризис.ру»