Suddeutsche Zeitung: тотальный контроль над обществом препятствует модернизации российской экономики

Не на многие страны кризис обрушился с такой силой, как на Россию, пишет в своем материале, опубликованном в Sueddeutsche Zeitung, Соня Цекри. В прошлом году, согласно результатам опроса, проведенного Академией наук и Фондом имени Фридриха Эберта, треть россиян признали, что с оптимизмом смотрят в будущее. И вот стране в полной растерянности приходится признать, насколько тесно российская экономика переплетена с остальным миром. Россия — не «остров стабильности»; она вообще не остров, констатирует обозреватель издания.

И тем не менее, продолжает издание, Москва продолжает выставлять условия, хотя и менее громогласно. Президент Дмитрий Медведев снова заговорил о рубле как о резервной валюте — гегемония доллара для Москвы как бельмо на глазу. При этом российская валюта только-только отошла от последнего обрушения курса.

Энергетическую хартию Кремль ратифицировать не хочет — ему кажется, что Европа хочет обвести Россию вокруг пальца в энергетическом вопросе. А вступлению в ВТО никак не способствует повышение импортных пошлин на иностранные автомобили.

Под давлением кризиса проходит и Международный экономический форум в Санкт-Петербурге, пишет Цекри. Из немецких политиков на него прибыл лишь Герхард Шредер, а из дюжины российских долларовых миллиардеров осталась лишь небольшая кучка.

В преддверии форума, говорится далее в статье, группа рабочих с завода «БазэлЦемент» в Пикалево перекрыла движение на федеральной трассе на Вологду, поскольку Олег Дерипаска, владелец холдинга «Базэл», не выплачивал им зарплату. Депутат Госдумы предложил национализировать предприятие, но «Базэл» непреклонен. «Кремль в эти дни мог бы национализировать столько, что у самого Ленина от радости сердце выпрыгнуло бы из груди, — отмечает Соня Цекри. — В стране, в которой рабочие не могут рассчитывать ни на социальную ответственность работодателей, ни на отлаженную социальную сеть, государство кажется последней надеждой».

Но тут встает закономерный вопрос: а почему они, а не мы? Почему авиастроительному заводу под Ярославлем или амурской верфи была оказана госпомощь, в которой цементному заводу в Пикалево было отказано? И вообще, задается вопросом автор материала, сколько «помощи» может выдержать экономика? Если Америка смогла выдержать банкротство General Motors, России придется смириться с потерей архаичных рабочих мест в автомобильной промышленности, считают критики.

Но вместо этого, замечает корреспондент, государственная помощь в миллиардном размере идет рабочим «АвтоВАЗа» в Тольятти — так награждается покладистость. «На фоне подобного слепого великодушия неудивительно, что, согласно докладу Transparency International, уровень коррупции в России продолжает неуклонно расти».

Российские антикризисные меры, отмечает в заключение издание, носят не более протекционистский характер, чем в других странах. Но в России более, чем где бы то ни было становится очевидным, что тотальный контроль над обществом препятствует модернизации экономики. Социальная напряженность, превращающаяся в неподконтрольный риск, снимается зачастую при помощи денежного дождя. Российские экономисты говорят об «анестезии». «Но бесконечный ввод анестетика приводит к коме», — заключает Соня Цекри.