Виктор Осокин: Предприниматель нуждается прежде всего в том, чтобы ему не мешали

Какова должна быть степень участия государства в бизнес-процессах? Почему предпринимателям следует объединяться в сообщества и стоит ли государству поддерживать бизнес? На эти и другие вопросы ответил один из лидеров петербургской Ассоциации молодых предпринимателей, бизнесмен с более чем 10-летним стажем Виктор Осокин.

• Виктор, Вы — активный участник различных форумов и конференций, посвященных проблемам развития и поддержки предпринимательства, влияет ли их проведение на что-то?

– Общественная дискуссия – признак здорового демократического общества. Именно через процедуру публичного обсуждения можно разработать полезный для страны закон, принять правильное решение, чтобы наши потомки нам спасибо сказали.

И еще, государственная машина – это уж точно не Феррари и не может мгновенно реагировать на нажатие педали, но я слежу за происходящим и вижу – чем активнее общественная дискуссия, тем быстрее наступают необходимые перемены.

• Можно ли назвать государство активным игроком в бизнес-процессах?

— В первую очередь государство – это регулятор бизнес-процессов. Главная задача власти – разработать для предпринимателей четкие правила «игры», чтобы предпринимательство в России нельзя было сравнивать с «диким полем», чтобы ведение бизнеса, возможные риски и система налогообложения были прозрачными и понятными. Я не открою Америку, если скажу, что государство ведь тоже заинтересовано в крепко стоящем на ногах бизнесе, ведь это залог развития экономики.

На сегодняшний день государство также является крупнейшим заказчиком в стране. Механизм госзакупок, конечно, не совершенен, к нему есть претензии, как у представителей власти, так и у бизнеса. Но, надо отдать должное, в период кризиса именно госзакупки помогли многим компаниям остаться на плаву.

На сегодняшний день государство – крупнейший собственник в стране. Собственность – это тоже один из механизмов участия в бизнес-процессе. Но я поддерживаю позицию президента Дмитрия Медведева, высказанную им в послании Федеральному собранию, что власти на местах должны перестать быть владельцами заводов, газет, пароходов. Потому что давно доказано, что государство — собственник не эффективный. Поэтому нам нужна новая приватизация, но не дикая, как это было в 90-х, а продуманная. Собственность должна уходить в частный сектор за реальную стоимость, а не по бросовым ценам.

• Тогда какая самая серьезная, на ваш взгляд, проблема в отношениях между бизнесом и властью?

– Прежде всего, взаимное уважение и понимание. Как государство в лице конкретных исполнителей – чиновников – должно понимать, что оно призвано обслуживать бизнес как неотъемлемую часть общества и гарантировать ему условия для существования и развития, так и бизнесу не стоит забывать, что у него есть обязательства перед государством и социумом.

С чиновниками понятно – им надо просто честно делать свое дело, не требуя сверх положенного, а для бизнесменов должна перестать быть пустым звуком корпоративная социальная ответственность.

Сегодня большинство представителей крупного бизнеса уже вовсю реализуют различные формы социальной ответственности. Важно сейчас, чтобы это стало популярно для среднего и малого бизнеса. Каждый предприниматель должен понимать свою роль в обществе, осознавать, что некоторые общественные функции он вполне может взять на себя.

И еще государство должно способствовать созданию атмосферы доверия. Как ему со стороны бизнеса, так и самому бизнесу со стороны населения. У нас в крови недоверие и даже ненависть к состоятельным и успешным. До сих пор в головах очень стоек стереотип «всё вокруг колхозное, всё вокруг ничьё». А в нормальном обществе именно бизнесмены, аки пчелы, создают, двигают и развивают экономику своей страны, а значит ее будущее! 

• Наше информагентство называется «В Кризис.ру», поэтому мы не можем обойти стороной вопрос кризиса. В связи с этим вопрос: нуждается ли бизнес в посткризисный период в поддержке государства? Не появится ли у предпринимателей комплекс иждивенцев?

– Предприниматель прежде всего нуждается в том, чтобы ему элементарно не мешали заниматься бизнесом.  Я не хочу касаться крупного бизнеса, интегрированного в государственный сектор, такого как добыча ископаемых, банки – это отдельный разговор. Бизнесмен – это человек, который в какой-то момент решил взять ответственность за свою жизнь на себя. Более того, за жизнь и благополучие всех тех, кого он нанял или вовлек в процесс как партнеров, контрагентов и так далее. Таким образом, он разгружает, снимая или решая многие проблемы, государство. Одно это уже заслуживает внимания к бизнесмену, а он ведь ещё и бюджет страны пополняет, спрос на внутреннем рынке изо всех сил удовлетворить пытается. Так что государство первое заинтересовано создать такие условия, в которых люди не будут бояться кооперации, не будут отказываться брать на себя ответственность. И в таком контексте помощь предпринимателям — уже совсем другое дело, а именно – нормальная, правильная политика. Потому что создание комфортных для предпринимателей условий не просто окупается, а возвращает государству и обществу затраченные усилия в тройном размере.

• В России нет закона о лоббистской деятельности. Нужен ли такой закон и почему вот уже 20 лет его не могут принять?

– Согласен, это парадоксально выглядит. Примерно как «в СССР секса нет». Процесс есть, а слова нет. Так и тут. Лоббизм в том или ином виде есть, а закона нет. Вообще, если мне не изменяет память, лоббизм впервые был узаконен в Штатах, кажется, в 1946 году. Сейчас соответствующие законы есть во всех развитых странах. Думаю, и у нас он со временем появится. Просто политическая система так сложилась, да и не только политическая, что очень многое решают личные связи. Гораздо больше, чем деньги, например. И никто не хочет взять на себя мужество изменить это или хотя бы пропорцию в сторону открытости. Отраслевые или частные интересы всегда будут продвигаться с помощью законов, но чтобы делать это открыто, в рамках закона, нужно провести большую разъяснительную работу, объясняя, что ничего плохого в этом нет, что лоббизм – это не для спаивания населения или рекламы проституции, а это нормальная демократическая процедура, позволяющая учитывать мнение как большинства, так и меньшинства.

• А какие механизмы есть у российского бизнесмена сегодня, чтобы отстаивать свои интересы во власти и через власть, оставаясь в правовом поле?

– Сейчас, на мой взгляд, вообще уникальный период. Власть потихоньку начинает стремиться к открытости. Наверное, это политика президента по активизации прямых контактов власти и общества приносит свои плоды. Так или иначе, за последнее время открыто множество общественных приемных, онлайн-сервисов для обращений.

Мое глубочайшее убеждение – бизнес должен выстраивать во взаимоотношении друг с другом, с властью, прозрачные отношения. Чтобы такое понятие как «ручной режим» или «телефонное право» ушли в далекое прошлое.

Я ничего не имею против того, что руководитель того или иного субъекта федерации вмешивается в бизнес-процессы. Но я убежден – это вынужденная мера из-за того, что наше законодательство, мягко говоря, далеко от совершенства. Объясню свою позицию: во-первых, губернаторов на всех не хватит, и, во-вторых, как быть тем, кто не имеет доступа к телу первого лица региона и не сможет попросить его выступить третейским судьей в споре.

Нужно привыкать решать проблемы цивилизованным способом: через процедуру переговоров, круглых столов. Если все таки не найти внесудебных путей решения спора, никто не отменял судебной процедуры.

Мы много слышим, что в судах не найти правды. Отчасти система оказывается неэффективна именно от того, что ей не пользуются или пользуются мало. Я недавно у родителей на даче наткнулся в сарае на свой старый велосипед. На нем много лет никто не ездил, так педали заржавели намертво. Так же происходит и с судебными механизмами. Многие мои приятели-бизнесмены предпочитают сразу махнуть рукой при возникновении проблем и проглотить горькую пилюлю от власти, полагая, что борьба за свои права не принесёт ничего, кроме дополнительных расходов и разочарования. Это развращает. Велосипед начинает ржаветь или, переводя на латынь, «коррумпироваться».

• Существующие ассоциации, советы предпринимателей способны ли защитить бизнес или же они предназначены для чего-то иного?

– У каждого объединения предпринимателей свои цели. Одну площадку создали как прозрачный и понятный механизм взаимодействия бизнеса и власти, другую – как своеобразный профсоюз предпринимателей. Когда ты один, как телеграфный столб в чистом поле, с тебя можно и провода поснимать, и изоляторы поотвернуть и вообще распилить на дрова и увезти в неизвестном направлении, а когда вас много, да еще и в несколько рядов, да еще и будка со сторожем через каждые сто метров – кому охота связываться? При этом, защита бизнеса своих членов – для подобных организаций это каждодневная работа, то, чем они занимаются всё свое время или, по крайней мере, должны заниматься.

• Сейчас активно обсуждаются изменения в системе госзакупок, призванные сделать систему более прозрачной, однако многие эксперты сомневаются в том, что электронные торги полностью решат проблему «заряженных» тендеров, а как считаете вы?

 – Закон № 94-ФЗ, конечно, нужно дорабатывать. Это признают все. Те, кто настроен обмануть, украсть, заболтать, найдут способ сделать это при любом законе, системе, строгости ответственности. Искоренить это или, для начала, свести к ничтожному минимуму, можно только воспитывая в бизнесменах личную инициативу и личную ответственность. Упадите ниже себестоимости в аукционе на закупку стройматериалов и не выполните обязательств. Заказчик поскрипит зубами и объявит торги снова. А если это не стройматериалы, а молоко для детского сада? Вот когда ко всем госзакупкам у нас начнут относиться, как к молоку для детсада, в который ходит твой ребенок – можно будет говорить об окончательной победе. Уже неплохим завоеванием можно будет считать и отказ от цены, как единственного фактора в выборе поставщика. Потому что иногда такие факторы, как опыт, гарантии качества, наличие ресурсов значат гораздо больше.

• Что бы вы посоветовали рядовому предпринимателю, готовому шагнуть из окна, не сумевшему пробить глухую стену: чиновники футболят, суд на стороне сильных, пресса молчит?

 – Как в бородатом анекдоте: «накрыться белой простынёй и медленно ползти на кладбище». А если серьёзно, то не сдаваться, как бы этого не хотелось. Мир не без добрых людей – помощь придёт, откуда её совсем не ждёшь. Есть юристы, есть общественники, есть интернет, если уверен, что прав – наберись терпения и вперёд. Практически все хорошие компании, ставшие выдающимися, проходили этап, когда эксперты предрекали им неминуемую гибель, но если бы они согласились с этим, мы бы сейчас не знали их имён.

• На днях президент предложил ввести налоговые льготы для производственных и инновационных предприятий. Что ещё необходимо, чтобы стимулировать наших соотечественников помогать начинающим предпринимателям, с одной стороны, и вообще начинать заниматься бизнесом – с другой?

– В России очень сильна традиция исполнительного труда. У нас 70 лет не было частной собственности, и в одночасье люди не перестроятся, но здесь, как и во многих других областях, нас спасет просвещение. Надо рассказывать, показывать, приводить примеры, в конце концов, брать за ручку и вести к результату.

• Сейчас активно обсуждаются в бизнес-сообществе поправки в Гражданский кодекс, которые обяжут предпринимателей увеличить уставный капитал ООО с нынешних 10 тысяч до 500 тысяч, преобразовать ЗАО в ОАО. И ряд других нововведений. Как вы относитесь к этим инициативам?

– Там достаточно много разумных предложений, но что касается величины уставного капитала, например, не думаю, что это будет способствовать популяризации бизнеса. Да, сейчас у большинства компаний капитал номинальный – какие-нибудь несуществующие «четыре стула офисных чёрных, один стол белый», но зато можно уложиться в пять тысяч рублей и пять рабочих дней, чтобы превратиться из наёмника в предпринимателя, а там уж всё от вас зависит – либо и пять тысяч свои не отобьёте, либо через год пять миллионов заработаете (и, заметьте, я не говорю в какой валюте!).