Смерть на обочине
Сегодня около половины второго дня убит Бадри Шенгелия. Авторитетный бизнесмен. А если точнее — легендарный питерский рейдер. Его тёмный «мерседес» расстреляли из автомата на Новоприозерском шоссе. Огонь на поражение вёлся…
Червонец для экс-президента
С коррупцией воюет не только Россия. Есть страны, где это зло даже побеждают. Хотя бы тактически. Весть из центральноамериканской республики Сальвадор: бывший президент Антонио Сака приговорён к 10 годам тюрьмы…
Всероссийский день выбора
Вчера по РФ прокатилась волна выборов. Где-то кого-то выбирали на какие-то должности. И даже выбрали. Например, Собянина — мэром столицы. Но всего этого Россия и мир почти не заметили. Лишь…
«Пламень чёрный, как бразильский кофе, заплясал неистово во мне…»
Бразильские выборы – это не в российской телестудии из стакана плескаться. В городе Жуис-ди-Фора постмодерном не увлекаются. Кандидата в президенты Жаира Болсонару просто ударили ножом прямо на митинге, в толпе…
Страх против ужаса
Государственный террор для России – понятие, увы, актуальное. Кругом антигосударственные заговоры, «пятые колонны», доблестные чекисты… Так что 100-летний юбилей совнаркомовского постановления «О красном терроре» подоспел вовремя. Есть над чем подумать…
Конец из Донецка
Александр Захарченко не был ни мятежником, ни сепаратистом. Он был военным чиновником контрреволюционного государства. Имперским наместником-карателем, пытавшимся подавить мятежный Майдан по приказу из соседней столицы. Без особого, мягко говоря, успеха,…
Парни из ПИДЕ
Скоро пойдёт третье десятилетие, как мы живём при культе органов госбезопасности. Однако об этом действительно интересном явлении нам мало что рассказывают. И всегда как-то глаза отводят. То НКВД восславят, то…
Лётчик воли
Почётно иметь столько врагов, сколько было у Джона Маккейна. Друзей всё равно окажется больше. А враги его, кстати – оголтелые русофобы. Ибо кто, кроме ненавистников России, может спорить с такими…
Шаги генерала Шалговича
Мир отметил полвека Пражской весны. Но вспомнил не всё и не всех. Только главное. «Две тысячи слов» наивного манифеста надежды – против шести тысяч конкретных танков Варшавского договора. Добрый коммунист…