Ближневосточные уличные бои отражаются на южноевропейской энергетике

Сирийские баталии в ООН зашли в тупик. Арабо-евро-американский проект резолюции Совета Безопасности заблокирован РФ и КНР. Москва и Пекин посчитали, что документ ориентирован на вооруженную оппозицию, и поддержали «социально близкого» Башара Асада. В мире явно преобладает отторжение правящего режима Дамаска, но формально международное сообщество не имеет мнения по ситуации. Сирийцам как бы предлагается разбираться между собой самостоятельно. Что они и делают. Счет погибшим временами идет на сотни в день.

Но в современном глобализованном мире ничто не остается локальным. Кровавый гражданский конфликт в ближневосточной стране отзывается эхом не только в нью-йоркской штаб-квартире Объединенных Наций. Его эффект проявляется в самых неожиданных местах и, казалось бы, никак не связанных сферах. Например, в энергетической системе Юго-Восточной Европы.

Госсекретарь США Хиллари Клинтон посетила с визитом Софию. Где обратилась к правительству Болгарии с любопытным призывом: диверсифицировать источники энергоснабжения. Призыв не ограничился теоретизированием. Клинтон тут же уточнила: американские энергетические компании готовы помочь болгарам. В Софию летит спецпредставитель Вашингтона по европейской и азиатской энергетике Ричард Морнингстар. Он обсудит с правительством Бойко Борисова пути перехода на альтернативные источники. Смысл при этом ни минуты не скрывается – Болгарии пора выйти из-под российского энергоконтроля, дабы избавиться от «нездорового политического давления» Москвы.

Дабы не оставалось никаких сомнений в подоплеке проекта, Клинтон заранее раскритиковала российское голосование в СБ ООН по сирийскому вопросу. Московско-пекинские доводы в пользу Асада она сравнила с пародией на дипломатию. И уже после этого перешла к переговорам об альтернативных источниках энергии для Болгарии.

Собеседник попался удачный. Бойко Борисов не первый год ищет пути дистанцирования от Москвы. Надо при этом отметить: либералом и фанатичным приверженцем западноевропейской модели он тоже отнюдь не является. Это не социалист Сергей Станишев, преданный друг России (которого Борисов отстранил от власти на выборах 2009 года). Но и не Желю Желев, первый посткоммунистический президент, стремившийся интегрировать Болгарию в общеевропейский дом. Борисов и его соратники – болгарские националисты. И к тому же политики жесткого балканского стиля. Их идеал – сильная буржуазная Болгария, заключающая внешние союзы из соображений национальной выгоды, а не под политическим давлением или по экономической вынужденности. Источник энергетической зависимости для него сейчас Россия. Поэтому он готов рассматривать любые предложения по ее преодолению. Все равно чьи и чем мотивированные.

Сразу после прихода к власти Борисов повел сложную многоходовую игру между российским проектом «Южного потока» и западным Nabucco. Подход Станишева – однозначная ориентация на «Южный поток» – сменился параллельным подключением к обоим проектам. Был отправлен на пересмотр и по факту заморожен энергопроект в другой отрасли – строительство АЭС «Белене» на берегу Дуная, согласованное правительством Станишева с российским «Атомстройэкспортом». Если министр энергетики Трайчо Трайков три недели назад говорил о неясности с объемами и сроками финансирования, то Борисов прямо дал понять о возможном отказе от «Белене».

Заняв пост в правительстве, Трайков сравнил болгарскую энергетическую политику с английским стилем футбола: «огромная энергия, активная беготня, низкая отдача». Причиной такого положения новые министры прямо называли слишком тесные связи с РФ. Социалистических предшественников упрекали в том, что болгаро-российскую дружбу они ставили выше национальных интересов. «До недавнего времени главным принципом в нашей энергетике было «все, что хочет Россия», – вторил Трайкову министр финансов Симеон Дянков. Борисовская команда стала менять положение. Последовательно притормаживая участие в «Южном потоке», «Белене» и проекте нефтепровода Бургас — Александруполис.

Но при этом Болгария со времен НРБ и СССР пор всецело зависит от российских нефтегазовых поставок. Закупки госконцерна Bulgargaz примерно на девять десятых обеспечиваются Газпромом. ЛУКОЙЛ контролирует болгарскую нефтепереработку на НПЗ Neftochim в Бургасе. На российском топливе работает действующая АЭС «Козлодуй», создающая от трети до половины болгарской электроэнергии.

Нужда в «Белене» сомнительна по технико-экономическим основаниям. АЭС на 2000 мегаватт, возможно, является излишней, исходя из реальных потребностей. С конца 1990-х годов Болгария вообще снижает долю атомной отрасли в своем энергопотреблении, останавливая часть блоков «Козлодуя». Но газовое снабжение – вопрос критический. Резкий отход от наработанных связей был бы авантюрой.

Отношения с Европой у Борисова так себе. Осложнения создают и финансовые противоречия (еще до еврокризиса Борисов дистанцировался от единой валюты, избрав британо-шведскую линию защиты лева), и активная в Болгарии оргпреступность, и межнациональные конфликты. Поэтому закономерно обозначившееся сближение Софии с Вашингтоном. По всей вероятности, Морнингстар привезет проекты интенсивной газодобычи в Болгарии при американском технологическом и финансовом содействии.

Предварительная договоренность с американской Chevron о разработке сланцевого газа заключена еще в прошлом году. Ее реализацию пришлось отложить из-за экологических протестов. В Болгарии экологисты традиционно активны и значимы (в 1989 году падение компартии началось именно с их выступлений), а это, как известно, дело поправимое. Борисов и теперь заявил на переговорах с Клинтон, что работы начнутся только при природоохранных гарантиях. Еще один вопрос для Морнингстара. Который он наверняка как-то разрешит. Сирия к тому подталкивает.