Бремя питерского олигарха предстаёт перед взором суда

В Москве продолжается суд по делу о покушении на совладельца Петербургского нефтяного терминала (ПНТ) Сергея Васильева. Обвинение выставляет одного за другим свидетелей, которые в красках описывают животрепещущие подробности предшествовавших покушению дней. Присяжным уже рассказали о задушевных беседах заказчика с рядовым исполнителем, о его торговле с поставщиком пистолетов и автоматов, и даже о переговорах с продавцом автомобиля, на котором приедет киллер…

След потерпевшего

По словам этих свидетелей, заказчиком неудачного покушения на Васильева является его неофициальный партнёр, пенсионер Владимир Барсуков (Кумарин). Чего стоят такие свидетельства, оценят присяжные, но уже сейчас можно сказать, что сделать им будет это тяжело. Хотя бы потому, что знаменитого питерского Кума  в московском суде упорно называют «Усатым». Будто начитавшись дешёвых бульварных детективов, где негодяй-аптекарь всегда Аспирин, а плешивый жулик непременно Лысый. Впрочем, ладно, это хотя бы позволяет улыбнуться.

Интересно другое. С самого начала следствие рассматривало лишь одну версию, не удосужившись, кстати, задаться вопросом о мотиве покушения. Между тем, биография потерпевшего упорно толкает к мысли, что желающих свести с ним счёты, мягко говоря, немало. Тем более, что покушение это — не первое. В 1993-м в Сергея Васильева уже стреляли и дважды попадали. В 2004-м его избили, угнав «Роллс-Ройс». В общем, совладелец ПНТ — человек опытный.

Действительно, Сергей Васильев — средний из трёх братьев, но при этом глава семейного клана (который в прошлом называли одноимённым ОПГ) — известен пока отнюдь не благотворительностью. Хотя и этим увлёкся в последние годы, стараясь не выбиваться из олигархического мэйнстрима. Ещё в СССР он дважды отбывал сроки по уголовным статьям (пять лет за изнасилование, выпущен через три года за хорошее поведение; семь лет с конфискацией за мошенничество). Уже в годы перестройки сформировал бригаду и занялся решением вопросов. Ходили какие-то слухи об угонах, рэкете, чуть ли не сутенёрстве.

Со временем бизнес расширился и группировка к концу 1990-х стала респектабельнее. Взяла под контроль городские авторынки, обеспечивала охрану (не от себя ли?). Не чурались и обычной коммерции по схемам того времени. В 1999 году в поле зрения Васильева попала крупная партия оргтехники, принадлежащая одной из «тамбовских» бизнес-структур. То ли он её просто присвоил, то ли сторговал и не заплатил — в общем, им были недовольны и пригласили на беседу. Явился Васильев в сопровождении тридцати охранников, возглавляемых неким Асланом. Вопрос, видимо, решился в его пользу.

Следователи, занимавшиеся делом о покушении на Васильева, не поинтересовались, насколько тесно связаны Аслан и известный петербургский рейдер Бадри Шенгелия, который сейчас выступает локомотивом обвинений по всем делам Барсукова. Очевидно, что уроженец солнечной Грузии, лишь в 1996-м появившийся в Петербурге, не смог бы без сильной крыши поглощать всё встреченное на пути. Между тем именно с конца 1990-х, то есть сразу после того как Васильев с помощью Аслана благополучно  решил вопрос с «тамбовскими»,  группа Бадри стала бесчинствовать по всему Северо-Западу.

Кстати, Бадри Анзорович и на нынешнем суде не даёт скучать.  29 января от него поступило заявление на имя прокурора Ирины Шляевой. Свидетель обвинения просит зачитать на процессе его показания без собственного присутствия. Понять его можно – бенефисы Шенгелия регулярно превращали заседания в балаганы, и ему, вероятно, надоело выступать в них главным действующим лицом. Странно выглядит лишь мотивация: Шенгелия ссылается на то, что является гражданином Белиза (паспорт этого центральноамериканского государства стоит $20 тысяч). Странное обоснование. Если ни с того ни с сего проснулась совесть, почему бы в этом не признаться? Впрочем, суд пока отказывает: Бадри Шенгелия будут ждать на заседании. Снова что-то будет…

Куда идут прибыли?

Примерно к тому же времени относится эпизод, превративший малоизвестного бизнесмена Васильева в крупного олигарха и совладельца ПНТ. Бывший неофициальный хозяин питерского порта Илья Трабер, в спешке покидая Россию, отдавал этот актив по бросовой, хотя немалой, цене. У Васильева в наличии таких денег не было, поэтому часть он заплатил сразу, остальное пообещал возместить потом. Но запамятовал, благо Трабер на родину не торопился. Подробности этой сделки до сих пор известны только её участникам. Поговаривают, что за Васильева ручался чуть ли не Сечин. Так это или нет, не столь уж важно, гораздо интересней результат — в одночасье бывший уголовник превратился в одного из самых богатых людей Петербурга. Эксперты оценивают ПНТ в $600 миллионов.

Впрочем, даже самые точные цифры иногда бывают обманчивы. Ещё недавно генеральный директор ПНТ Михаил Скигин утверждал, что вверенное его заботам предприятие процветает, и в ближайшем будущем выйдет на ежегодный оборот 15 млн тонн. Реклама, безусловно, двигатель торговли и дело полезное. Когда им занимаются специально обученные люди, а не сам владелец и руководитель бизнеса. Два года назад к такой форме работы вынужден был прибегнуть печально прославленный миллиардер Сергей Полонский. Результат налицо.

Возможно, это лишь совпадение, но дела ПНТ идут отнюдь не так бойко, как об этом рассказывает Скигин. Согласно его анализу, потребность в нефти за рубежом возрастает день ото дня. Но это совсем не влияет на обороты ПНТ. Последний взлёт произошёл в 2009 году, когда оборот компании составил более 12 млн тонн, в 2013-м — едва дотянул до десяти. И в этом нет ничего удивительного. Большой Петербургский порт среди портов Балтийского бассейна уже занимает лишь третье место, после Усть-Луги и Приморска. Многие нефтетрейдеры уже отказались в их пользу от услуг БП СПб.

Тут бы владельцам ПНТ впору бы подумать о модернизации или переориентации бизнеса. Но нет, Сергей Васильев занят обустройством имения в Вырице. А заодно и наведением в городке строгого порядка — рассказывают, пляж закрыл, чтобы отдыхающие не нарушали тишину в богатых усадьбах на берегу, взял шефство над местной церковью. Поговаривают даже, что васильки на новом гербе Вырицы символизируют фамилию Васильева, а ажурный рисунок повторяет рисунок кованых ворот его виллы.

Больше десятка лет длилось строительство дома на малой родине Васильева. Разумеется, за глухим и очень высоким забором. Наконец, журнал «Салон» (№ 9, 2009) приоткрыл завесу тайны. Дворец, точная копия летнего дворца Екатерины I, в стиле русского барокко — мрамор двенадцати видов, дерево лучших в мире сортов, мозаики, зеркала, витражи, лепнина и золото, золото, золото. Даже на куполе домовой церкви, хотя для этой цели успешно применяют нитрид титана, который дешевле и надёжней, да и блестит ярче. Впрочем, желание украсить место молитвы понятно — как ещё благодарить за счастливое избавление от пули киллера. Во дворе — памятник Николаю I Палкину. Конечно, в нечеловеческий рост.

По самым скромным и осторожным подсчётам риэлторов, вся эта псевдовизантийская роскошь в 2009 году оценивалась в $40 тысяч за квадратный метр. К этому варварскому великолепию прилагается целый парк «роллс-ройсов» и вертолёт, на котором хозяин, когда имеет надобность, перемещается в Петербург. Само собой, вокруг имения проложена надёжная сигнализация, а бдительные охранники неусыпно следят за тем, чтобы праздношатающиеся зеваки с фотоаппаратами не приблизились к угодьям ближе, чем на выстрел. Не мудрено, что при таких затратах генеральный директор ПНТ вынужден сам рекламировать компанию.

Бывшая жена первого владельца ПНТ Дмитрия Скигина, лишившаяся доходов. Илья Трабер, не склонный прощать своим должникам, и выражавший желание вернуться в Россию. Просто сосед по имению, утомлённый ежедневным грохотом вертолёта. У всех этих людей достаточно претензий к Васильеву. Лишь для Владимира Барсукова, неофициально связавшего свой бизнес с совладельцем ПНТ, живой Васильев был гарантом процветания и надёжности. Почему же именно его следователи выбрали в качестве заказчика убийства? Может  быть, дело вовсе не в Васильеве?