В результате операции партизанского движения «Прямое действие» на Брянщине полностью уничтожена машина обеспечения ЛРС — ключевой элемент обработки данных о воздушных целях. Это не очередной грузовик и даже не танк, это штучный комплекс стоимостью до 20 миллионов долларов, координирующий работу целых зенитно-ракетных дивизионов. В масштабах всей РФ количество таких машин исчисляется единицами, и каждая из них на вес золота.
Уникальность и сокрушительность этого удара заключаются в том, кто его нанёс. Исполнителем стал российский военнослужащий. Это взрывает изнутри главный миф путинской пропаганды о «монолитной поддержке армии и верности присяге». Внутри самой военной машины диктатуры зреет системный саботаж.
А ликвидация машины обеспечения ЛРС вызывает каскадный эффект.
Без «сердца» обработки информации пусковые установки ПВО превращаются в бесполезную груду дорогого металла. Они просто не видят цели. Путинский ВПК физически не способен заменить эту потерю. Санкционная блокада перекрыла поставки высокотехнологичных компонентов, необходимых для ремонта и производства ЛРС. Командование ВС РФ поставлено перед невыполнимой задачей: либо оставить брянское небо полностью открытым, либо забирать аналогичные комплексы с других критических направлений (например, из-под Москвы или из оккупированного Крыма), оголяя их.
Путинская оборонная система, кажущаяся громоздкой и опасной, держится на ультра-дефицитных технологических узлах. И эти узлы абсолютно беззащитны, когда против них разворачивается внутренняя партизанская война. «Прямое действие» показало: уязвима любая база, а лучшие союзники Сопротивления сегодня носят форму, чтобы уничтожить диктатуру изнутри.