В ночь на 26 мая топливно-энергетический сектор Башкортостана получил тяжёлый внутренний удар. В селе Кандры Туймазинского района вспыхнул масштабный пожар на базе хранения нефтепродуктов «ИнтэкХим».
Огонь мгновенно охватил восемь из десяти наземных горизонтальных резервуаров объемом по 100 кубических метров каждый. Для ликвидации пожара властям пришлось экстренно задействовать пожарный поезд и спецподразделения Госкомитета по ЧС. По официальным данным, пострадал один человек, а объёмы ежедневных отгрузок предприятия, составлявшие до 500 тонн нефти, практически обнулены.
Государственные агентства республики поспешили выдать безопасную для Кремля версию: якобы пожар начался случайно, с некоего «тягача с прицепом», с которого пламя перекинулось на цистерны. Однако местное население не верит в официальную версиюслучайности. В локальных чатах говорят о диверсии, и для таких выводов у людей есть железобетонные основания.
После жесткого силового подавления баймакских протестов января 2024 года башкирское национальное движение качественно переродилось. Легальное гражданское несогласие и мирные протесты остались в прошлом — им на смену пришла скрытая партизанская война. Появление движения «Беҙ — ҡара халыҡ» («Мы — чёрный люд») полностью изменило лицо протеста в регионе. Вместо плакатов и правозащитных петиций начались ночные акции, порча имперской символики и методичное уничтожение тяжёлой техники варваров-золотодобытчиков, грабящих башкирскую землю.
Поджог нефтебазы в Кандрах — это абсолютно закономерное развитие и расширение этого невидимого фронта. Нефть и золото — главные ресурсы, которые Москва выкачивает из республики для финансирования своей военной машины. Ударить по хранилищу «ИнтэкХим», обеспечивающему поставки сотни видов нефтепродуктов — значит перерезать финансовую артерию оккупационной администрации Хабирова.
Характерно, что в ночь инцидента в небе над Башкортостаном не фиксировались БПЛА и не объявлялась воздушная тревога. Земля горит под ногами режима изнутри, руками местных партизан. Республика окончательно превратилась во внутренний инфраструктурный фронт, где цель подполья — не «хороший чиновник» вместо «плохого», а полный демонтаж колониальной системы и Суверенный Башкортостан.