12 лет 1 месяц на общем режиме — прокурорский запрос срока зампреду «Яблока». Лев Шлосберг стандартно обвиняется в «фейках» и «дискредитации». С конца прошлого года он находится в СИЗО. Уголовное дело включает несколько эпизодов, каждый из которых сводится к призыву прекратить кровопролитие в Украине. При том, что Шлосберг строжайше соблюдает не только законодательство РФ но и «яблочную» сдержанность, избегает жёстких оценок и конфронтации с властями. Но это не помогает. Помочь может другое.
Шлосберг последовательно обкладывался преследованиями: «иноагентство», домашний арест, 420 часов обязательных работ — и вот, угроза многолетнего заключения. Конкретно ему вменяется видеозапись дебатов с историком Юрием Пивоваровым в соцсети «Одноклассники» — причём, по словам Шлосберга, он как раз спорил с теми высказываниями собеседника, которые стали поводом для ареста. Другой эпизод — репост в телеграм-канале публикации «Эха Москвы» с обложкой британской газеты Daily Mirror: окровавленная женщина и Владимир Путин: «Её кровь… Его руки». Вот это причислено к «фейкам». И как теперь водится, задним числом: публикация появилась раньше «фейк-закона».
Партия «Яблоко» упорно держится за стандарты минувших времён, имитируя оппозиционную политику. Возможную при Борисе Ельцине, в лихие девяностые — когда можно было изощряться в критике, не приходилось стесняться в выражениях и попадать на сталинские сроки. Шлосберг всегда выделялся на общем фоне «Яблока». Но и он формировал иллюзии политического процесса, принимал навязанные правила, уклонялся от поддержки Украины. Всё это завершается гротескным разгромом партии, тюрьмами и лагерями для лидеров, отличающихся от Григория Явлинского. Как Лев Шлосберг или Максим Круглов.
Кремлёвка добивает остатки общества девяностых, Которые «яблочники» пафосно разоблачали, но в которые только и могли политически существовать. Жестокость к Шлосбергу демонстративна: путинское государство не нуждается ни в каких «фитюльках и бантиках». Даже те, кто отказался от реальной оппозиционности, кто не представляет никакой угрозы и практически никак не мешает, вызывают глубинную эстетическую ненависть. Достаточно пассивного нежелания соучаствовать в преступлениях — за одно это следует расправа. Тут нечему удивляться. Бессмысленно спрашивать, зачем да почему. Потому что можно.
Так совпало, что сегодня же опубликовано парижское интервью Бориса Надеждина. «Кандидат в президенты», сумевший-таки сбежать, развлекает публику сравнивая себя с Лениным. Действительно, похож. Впору на улице спутать… С одним небольшим отличием: без партии. Зато с удивительным кульбитом: из учётной записи на «Госуслугах» вдруг исчез запрет на выезд из РФ — и в Париж через Астану. Видимо, Кириенко не забыл мелких госуслуг, оказанных Надеждиным. Всё-таки не Шлосберг.
Надеждин вытолкнут за границу по специально организованному коридору. Шлосберг замурован государственным террором. Политический контур превращён в пространство тотальной зачистки. Право на существование покупается полной моральной капитуляцией. Что же остаётся?
Ежедневно в России выносится десяток приговоров по «террористическим» статьям. За первое полугодие 2026-го — 1145, констатирует ресурс «Первый отдел» совместно с независимым исследовательским центром Parubets Analytics. Это по открытым данным. Почти 54% таких дел — «призывы к терроризму», то есть «как все, ни за что». По конкретным акциям гораздо реже —чуть более 20%. Средний срок — 13 лет.
Вчера следствие ФСБ предъявило 205-ю — теракт — волонтёрке Маргарите Реут. Но дело сделано, объект ликвидирован. Женщина не сожалеет о своей победе на своём участке.
Произошло это в оккупированном украинском Севастополе. Но таков политический процесс России.
Если не нравится Шлосберг.
Артём Михайлов, специально для «В кризис.ру»