Катастрофа парома Sewol как зеркало отношения к людям

Крушение южнокорейского парома Sewol привело к серьёзным политическим потрясениям. Подал в отставку премьер-министр Чон Хон Вон. Весь экипаж судна арестован. 68-летнему капитану Ли Чжун Соку, грозит пожизненное заключение. Если взять чисто морской аспект, напрашиваются аналогии с катастрофой итальянского лайнера Costa Concordia. Что касается аспекта административно-политического, то можно поговорить и о нынешней России.

Трагическая хоронлогия катастрофы в Жёлтом море такова. 16 апреля судно вышло внутренним рейсом из Инчхона на Чеджу – порт на одном из красивейших южнокорейских островов Чеджудо. На его борту находилось 476 пассажиров и членов экипажа, в том числе 325 школьников с учителями, которые следовали на экскурсию. По предварительным данным, Sewol сделал резкий поворот и получил большой крен. В свою очередь, он привёл к подвижкам груза на верхней палубе, где стояло 150 автомобилей. Судно завалилось на борт и затонуло.

К месту трагедии сразу же стали стягиваться гражданские и военные спасатели, но они смогли выручить только 174 человека. По последним данным, на поверхность уже подняты тела 187 погибших. 115 пока считаются пропавшими без вести. Если оправдаются худшие прогнозы, общее количество погибших составит 302 человека.

Сразу возникают некоторые аналогии с итальянским круизным судном Costa Concordia в Средиземном море 13 января 2012 года. Во-первых, в обоих случаях мы имеем дело с рискованным судоходством вблизи побережья. И хотя сейчас говорят, что Sewol мог затонуть и из-за технической неисправности, всё равно главная вина мореходах. Хотя бы потому, что от технического фактора судно бы не перевернулось, а плавно пошло на дно. Что, в свою очередь, давало гораздо больше шансов находившимся на нём людям.

Во-вторых же, можно поговорить и о пресловутом человеческом факторе. В случае с Costa Concordia капитан Франческо Скеттино неоднократно менял свои показания. Сначала он признался в том, что решил подвести судно ближе к берегу острова Джильо и поприветствовать таким манёвром своего знакомого. Делал он такое неоднократно, только в последний раз не справился с управлением и посадил корабль на риф. Правда, потом он заговорил о том, что команду на изменение курса ему далии работодатели из компании Carnival Corporation & plc. Однако никто не снял с него ответственность за халатное, мягко говоря, отношение к обязанностям. Он так и не распорядился дать команду о подаче сигнала SOS, не объявил общекорабельной аварийной тревоги. Когда же ситуация полностью вышла из-под контроля команды, бравый моряк фактически бросил корабль и людей на произвол судьбы.

Казалось бы, куда беспечным итальянцам до дисциплинированных корейцев. Однако обстоятельства трагедии Sewol вполне позволяют поставить между ними знак равенства. В момент нынешней аварии капитана на ходовом мостике не было. Кораблём управляла малоопытная 25-летняя женщина-штурман. И первые сигналы о помощи стали подавать не моряки, а школьники. Когда случилась авария, Ли Чжун Сок, подобно Франческо Скеттино, лишь призывал пассажиров не поддаваться панике. Когда же эвакуация все-таки началась, она была организована из рук вон плохо. Более того – поняв, что ничего уже не исправишь, капитан выдал себя за пассажира и одним из первых покинул тонущий корабль. Между прочим, все члены команды Sewol выжили.

Помощь извне была уже по большому счёту никому не нужна. Спасателям оставалось лишь выполнять драматический ритуал по поиску тел утонувших и задохнувшихся в воздушных «мешках».

Сейчас речь зашла о том, что хозяева южнокорейского парома внесли с его конструкцию серьёзные и главное – несогласованные с соответствующими службами изменения. Якобы для увеличения пассажировместимости судна. Это и привело к нарушениям. Если честно, в такое верится с трудом. Южная Корея – страна законов, помноженных на традиционное восточное послушание.

Ли Чжун Сок и все остальные члены экипажа парома арестованы. Капитану светит пожизненный срок именно за то, что он покинул корабль.

Закончив морскую составляющую, перейдём к административно-политической. Сразу после затопления Sewol президент Республики Корея Пак Кын Хе подвергла резкой критике в первую очередь действия капитана и остальных моряков. Премьер-министр Чон Хон Вон приехал к месту трагедии и встретился с членами семей погибших и пропавших без вести. Но он, видимо, не нашёл для общения нужных слов. Премьер подвергся обструкции, в него даже бросили бутылку с водой. Эти кадры облетели весь мир. Вчера Чон Хон Вон ушёл в отставку со своего поста.

Вспоминается, как после куда менее трагичного прошлогоднего обрушения в Риге торгового центра Maxima ушло в отставку всё правительство Латвии во главе с премьер-министром Валдисом Домбровскисом. И на ум приходят вовсе негодные аналогии.

В России, увы, нередки стихийные бедствия и техногенные катастрофы. Почти тридцать лет прошли с аварии на Чернобыльской АЭС (которая теперь и расположена не в нашей стране). Сколько всего изменилось за эти десятилетия… Лишь чиновники остались прежними – столь закрытыми, сколь и безнаказанными. Не будем листать весь мартиролог. Остановимся на двух примерах – АПЛ «Курск» и посёлок Крымск.

Помните, как сразу после гибели атомохода в августе 2000 года делались попытки более-менее открытого общения гражданских и военных начальников с  членами семей погибших? Эти встречи записывались, потом кадры попадали на телевидение, позднее – в Интернет. И зрителей не покидало чувство гадливости от трусости и лжи руководителей.

Со временем эту «свободу самовыражения» здорово прикрыли. И когда в июле 2012 года случилось жесточайшее наводнение в Крымске, основное общение властей и народа происходило уже на уровне электронных коммуникаций. Президент осматривал территорию бедствия с вертолёта и давал высочайшие указания. Опасался брошенной бутылки? Зря. Не те у нас ныне нравы. И уж точно никто из высокопоставленных чиновников не ушёл в добровольную отставку. Южная Корея с Латвией нам не указ.

Вместо послесловия. Мало кто помнит, что история Costa Concordia непосредственно связана с Южной Кореей. Спустя два дня после катастрофы спасатели нашли на затонувшем лайнере корейских молодожёнов. Они были живы. Это показалось едва ли не чудом. Но на Sewol не было новобрачных из Италии…