Нет ничего невозможного

Первая мысль банальна: «Сколь верёвочка ни вейся». Хотя какие тут верёвочки. Сам Роберт Мугабе выражался злее: «Кобра, заползшая в дом». Так назвал он соратника по национально-освободительной борьбе Джошуа Нкомо через два года после общей победы. Это был сигнал к политическому террору и этническому геноциду. Так начинал Мугабе восхождение к абсолютной диктатуре 35 лет назад. Теперь эта диктатура обрушена в несколько часов. Причём обрушена отнюдь не оппозицией. А теми, на кого «президент Боб» опирался, собираясь править как минимум до собственного 100-летия.

Военные арестовали президента, но не признают переворота

Ход событий проясняется задним числом. 13 ноября главнокомандующий вооружёнными силами Зимбабве генерал Константино Чивенга заявил, что армия готова вмешаться в политику. Дабы пресечь произвол «контрреволюционных преступников из окружения президента». Правящая партия Зимбабвийский африканский национальный союз – Патриотический фронт (ЗАНУ–ПФ) отреагировала гневной инвективой в духе «мы не страшимся угроз». Ничего более конкретного с обеих сторон не прозвучало.

На следующий день к зимбабвийской столице Хараре двинулись танки. В ночь на 15 ноября армейский отряд захватил зимбабвийское гостелевидение. Были произведены выборочные, но показательные аресты – начали с министра финансов. На следующий день от имени армии выступил генерал Сибусисо Мойо. Он категорически заявил: никакого переворота в Зимбабве нет. Есть смена власти. Как говорится: «Он не портной, он просто шьёт штаны».

К вечеру сегодняшнего дня сомнения разрешились. В телефонном разговоре с президентом ЮАР Джейкобом Зумой недавно всесильный зимбабвийский диктатор Роберт Мугабе подтвердил, что находится под домашним арестом. Партийные инстанции ЗАНУ–ПФ резко сменили тон, заговорив о своей благодарности военным за «бескровную коррекцию власти».

Из ЮАР в Зимбабве после короткой отлучки вернулся человек, с которого всё началось. По имени Эммерсон Мнангагва. Официально новый глава государства пока не утверждён, но большинство экспертов сходятся на этом имени. Возможно, в реальном тандеме с Чивенгой или триумвирате с Чивенгой и Мойо. Многое зависит от исхода переговоров с изолированным Мугабе – организаторы «непереворота» хотели бы получить от него добровольную отставку. Что, при характере Боба, не гарантировано.

Невероятное свершилось: Роберт Мугабе больше не правит Зимбабве. Не прошло и 38 лет. Пожалуй, главное – практически никто против этого не возразил. Информагентства сообщают о стрельбе в Хараре, но никак не связывают её с сопротивлением сторонников арестованного президента. Сопротивления нет. Похоже, нет и сторонников. Разве что супруга Грейс Мугабе, чья судьба на данный момент неизвестна. То ли бежала в Намибию (намибийские власти не подтверждают и не опровергают), то ли арестована вместе с мужем.

Вице-президентов Мугабе использовал как буфер

В первых числах ноября в Хараре сгустилась очередная смута в верхах. Завязался конфликт между столпами режима – первым вице-президентом и первой леди. Эммерсон Мнангагва и Грейс Мугабе были ближайшими к президенту людьми. Тот и другая претендовали на статус второго лица и сейчас и первого в будущем. Поразмыслив, Роберт сделал выбор в пользу Грейс. Мужа убедить бывает проще, чем непосредственного начальника.

Сейчас не 1980-е. Зимбабвийское руководство научилось решать такие вопросы без войсковых операций с многотысячными жертвами. Случалось такое не раз и проходило без проблем. Достаточно было росписи Мугабе с полицейской подстраховкой. Но: «Пребывающему долго в силе бывает опрометчиво незаметен приход слабости, даже и несколько их – включая предпоследний», – писал Солженицын о Николае II. В этом плане Боб повторил Ники.

Предпоследний приход состоялся три года назад. Место Мнангагвы занимала тогда Джойс Муджуру – партизанка антиколониальной войны с характерной кличкой «Кровавая». В первых вице-президентах (в Зимбабве таковых двое) Мугабе держал её десять лет. По всем признакам готовил в преемницы. Она всячески старалась оправдывать высокое доверие: громила оппозицию, покровительствовала местному «антимайдану», одобряла беспредел чёрного расизма и даже сама повязалась – захватила ферму, выгнав белого владельца. За этот и прочие подвиги (например, контрабандную продажу конголезского золота) Муджуру внесена в американский санкционный список. Как говорится, чего ж вам больше?

Продвижением Кровавой Джойс глава государства тормозил того самого Эммерсона Мнангагву. Он уже тогда сильно беспокоил Мугабе. В отличие от рядовой пехотинки Муджуру, Мнангагва во время войны командовал диверсионно-террористическим спецподразделением партизанской армии. Кличку заработал покруче: «Крокодил» (по названию своей спецгруппы). Не забудем, что по африканским понятиям страшнее крокодила нет никого и ничего. Продвигался по силовой линии – госбезопасность и разведка. Мнангагва унаследовал богатейший потенциал спецслужбы времён Яна Смита, которая почти в полном составе, начиная с легендарного директора Кена Флауэра, присягнула режиму Мугабе. Именно ему Боб обязан надёжностью белых силовиков  британской выучки.

Потом Мнангагва был парламентским спикером. Показал себя мастером политической интриги. Например, умело раскалывал оппозицию, дезориентировал, дезорганизовывал, подкупал одних, прессовал других. Всё, что он делал, было полезно Мугабе. Но Боб чем дальше, тем подозрительнее косился на слишком уж умелого и удачливого Эммерсона. Джойс стояла эффективным буфером. Если Мнангагва обладал государственным силовым ресурсом, то Муджуру – общественным. Она курировала Зимбабвийскую ассоциацию ветеранов национально-освободительной войны (ЗНЛВВА).

Первая леди рассчитывала на помощь боевиков

Начинала ЗНЛВВА довольно мирно, как подсобная структура Минобороны. Не та музыка пошла с конца 1990-х. Командовать взялся «Чёрный Гитлер» – Черджераи Хунзви, сомнительный «ветеран», зато безупречно жестокий мугабист. Настолько, что его опасался сам Мугабе. Неудивительно: «Почему меня называют Гитлером? Потому что я самый опасный человек в стране. Я главный террорист Зимбабве».

Хунзви провёл феерическую кампанию захватов ферм и расправ с белыми владельцами. Чёрных работников при этом тоже не щадили – особенно когда они отбивались вместе с хозяевами, что регулярно случалось. Умер «Чёрный Гитлер» на пике победных погромов (то ли от малярии, то ли от СПИДа). Но ассоциация уже двигалась своим ходом.

С белых фермеров ЗНЛВВА переключилась на чёрных оппозиционеров. Превратилась в зловещую помесь эскадрона смерти с идеологическим отделом. НОД, «антимайдан», кургинянская «суть», соловьёвская студия и селигерский лагерь в одном флаконе. Только каждый элемент в ужесточённом варианте.

Председательствовал в ЗНЛВВА Кристофер Муцвангва, экс-министр по делам ветеранов. Пока был министром, считался человеком Мнангагвы. Стал общественником – превратился в человека Муджуру. И даже позволил себе что-то вроде критики Мугабе, когда Боб уволил Джойс и привлёк под комиссию партконтроля.

Почему он это сделал? А вот тут и был незамеченный им приход слабости. Убрать Джойс пожелала Грейс. Молодая жена (ей всего 52, когда Бобу – 93) не была довольна перспективой преемственности. Две дамы с тем ещё характером… Первый вице-президент не скрывала, во что превратит первую леди. И Грейс сыграла на упреждение. Использовала под свои кухонные цели диктаторскую власть мужа.

Политик адекватного уровня для замены в Зимбабве был один. Таким образом на посту первого вице-президента оказался вытащенный из очередной полуопалы Эммерсон Мнангагва. Случилось это в декабре 2014 года. Вместе с вице-президентской должностью он получал статус потенциального преемника. Мнангагва быстро восстановил все позиции, отмобилизовал силовиков. Эта задача, кстати, упрощалась через официальную структуру Объединённого оперативного командования. Западные эксперты высказывались в том смысле, что будущая власть «беспощадного «Крокодила» заставит вспоминать старика Мугабе «ностальгической пьяной слезой».

Систему власти в Зимбабве времён Мугабе нельзя адекватно понять без учёта ещё одной персоны. Джозеф Чинотимба. Заместитель председателя ЗНЛВВА. Фигура шутовская, но одна из ключевых для режима. До последнего времени это был козырь Грейс Мугабе.

В бородатом лице Чинотимбы угадывается сильно ужесточённый вариант российской жириновщины. Он любит попеть, поплясать, подраться. Проповедует традиционные ценности, «духовные скрепы», запрещает учить английский – мол, говорите на шона и ндебеле, великих языках великой Зимбабве. Но не только.

Опорой режима пытались сделать теневую экономику

Экономика Зимбабве давно лежит в руинах. Инфляция бывала в 200–300 млн процентов. Печатались купюры в 1000000000000 зимбабвийских долларов. В хозяйственном отношении страна фактически на содержании у Пекина. Из Китая поступают валютные субсидии, продовольствие, потребительские товары. Взамен китайские компании разрабатывают природные ресурсы. Недаром КНР воспринимают как колониальную метрополию Зимбабве. И, кстати, особо отмечено: незадолго до событий генерал Чивенга побывал в Пекине, где общался с командованием НОАК.

Естественно, всё реальное ушло в теневую экономику. И Чинотимба объявил себя её политическим покровителем. Конечно, он тут же стал кумиром «диких» таксистов, торговцев с рук, подпольных мастерских и молодых гангстеров. (Вспомним опять же, как десятилетия назад Жириновский консолидировал в ЛДПР людей типа Михаила Глущенко.) «Вы бы голосовали за того, кто вас бьёт? Разве христианин применяет насилие?» – вопрошал Джозеф Чинотимба в ответ на обвинения в избиениях и убийствах.

30 тысяч боевиков ЗНЛВВА под водительством Чинотимбы считались последним аргументом Мугабе. Сотни тысяч трудящихся теневой экономики, одухотворённых идеями Чинотимбы, рассматривались как главный ресурс Мугабе. Причём – обоих Мугабе. Считались – зря. Рассматривались – зря. На защиту Боба и Грейс не встал из них никто. Да не они ли сегодня стирают имя Мугабе на уличных указателях и лозунгах?

Раскол элит обещает «XX съезд по-чёрному»

7 ноября президент Мугабе отстранил от должности первого вице-президента Мнангагву. Уже на следующий день Мнангагва обнаружился в ЮАР. Откуда выступил с гневным открытым письмом.

«Я остаюсь твёрдым и решительным противником тех, кто грабит государственные средства и дестабилизирует партию с помощью иностранных государств. Этих людей покрывает первая леди, издеваясь над нашими государственными учреждениями. Призываю членов ЗАНУ–ПФ противостоять захвату партии, совершаемому «первой семьёй».

Это не та партия, которую мы создавали с Джошуа Нкомо и другими героями борьбы. Нашу любимую партию приватизируют и коммерциализируют эгоистичные ничтожества, получившие власть из рук двух человек «первой семьи». Они меня и преследуют.

Ваше Превосходительство, – обратился Мнангагва непосредственно к Мугабе, – партия не находится в личной собственности у Вас и Вашей жены. Вы потворствуете её захвату неофитами и предателями. Вы объявили на весь мир, что я Ваш враг. Пусть же члены партии решат, кто враг: я, Вы или пресловутая группировка G40, созданная Вашей женой из окружающей её молодёжи. Во имя Зимбабве я готов на всё».

В этом тексте показательно всё. И ссылка на Джошуа Нкомо, который временами бывал для Мугабе тем же, чем Троцкий для Сталина (правда, потом покаялся, примирился и был «прощён», но это особенности местной культуры). И обличение «группировки G40» – молодых карьеристов, которые под крылом Грейс Мугабе оттесняли ветеранов войны и террора. А главное, культ партии как таковой – что опять-таки напоминает историю кровавой грызни в ВКП(б)–КПСС.

Руководство ЗАНУ–ПФ отреагировало грозными «не позволим, не простим» и призывами сплотиться вокруг Мугабе. Первым ответом на выступление Мнангагвы стала чистка силовых структур. И вот тут сказала своё слово армия. Генералы решили: хватит. Они уже настроились на будущую власть близкого и понятного Крокодила Эммерсона. А не взабаламошной Грейс с её кличкой «Первый Шоппер».

Зимбабвийская армия формировалась в англосаксонской традиции. В политику ей вмешиваться не положено. Это не Латинская Америка. Когда сорок лет назад Родезийская партия действия бросила вызов справа Родезийскому фронту Яна Смита, в советской печати проскальзывала неподдельная тревога: а что есть армейское командование, авторитетный генерал Питер Уоллс, поддержат «белых экстремистов»? Зря беспокоились. Ничего подобного не произошло.

Но нет правил без исключений. Военных приветствуют все. ЗАНУ–ПФ выражает им благодарность и уже объявила Мнангагву своим «временным лидером». Столь тверда оказалась преданность бессменному вождю. С похожим заявлением выступила ЗНЛВВА. Кстати, на руководство ассоциацией тут же вернулся опальный Муцвангва, а про Чинотимбу что-то не слышно.

Сдержанную, но однозначную поддержку высказывает оппозиция. Ожидается срочное возвращение в Зимбабве Моргана Цвангираи, лидера партии Движение за демократические перемены. Его политическая биография изобилует зигзагами – Мугабе и сажал Цвангираи в тюрьму, и назначал премьер-министром. Но он всегда оставался в оппозиции и всегда выступал с позиций социал-демократии. Против диктаторского режима, против чёрного расизма. На президентских выборах 2008 года Цвангираи в первом туре значительно опередил Мугабе. Тогда-то он и был арестован – чтобы Мугабе мог победить во втором.

Партия Цвангираи – не чета российской оппозиции. Даже в условиях давления и террора за неё голосует треть избирателей. Есть крупная фракция в парламенте. Высока уличная активность, на оппозиционные демонстрации выходят тысячи. Подавляющее большинство, конечно, африканцы. Но есть и белые – правозащитники и фермеры среднего достатка. (Богатые белые землевладельцы и капиталисты преданно служили Мугабе – вплоть до финансирования зарубежных военных авантюр.)

И всё же – никакого отношения к свержению Мугабе оппозиция не имеет. Всё сделано самой правящей верхушкой. Силовая группа убрала конкурентов и попутно снесла нацлидера. Едва ли Мнангагва, один из ведущих строителей мугабизма, демонтирует режим. Максимум – что-нибудь вроде «XX съезда по-чёрному». Разоблачат культ Мугабе. А то и того проще, ограничатся одной Грейс. Может быть, кто-то вроде Чинотимбы ответит за «нарушения соцзаконности». Прежде всего экс-министр финансов Игнациус Чомбо, которого арестовали первым. Он, кстати, известен как ближайший сподвижник Грейс, неформальный лидер G40.

Вот он – «раскол элит», о котором мечтают респектабельные либералы из российской оппозиции. Крокодил вместо Первого Шоппера. XX съезд был грандиозным событием. Но новочеркасские работяги немного от него выиграли.

И всё же – лучше так, чем никак. Снова доказано: нет диктатора, которого невозможно свергнуть. В кремлёвском идеале мировой контрреволюции, вечноправящих духоскрепных застабилов пробита очередная дыра. И снова подтвердились слова «Профессионала» – героя Бельмондо, брошенные африканскому правителю: «Никакой стране не нужен тиран. Будьте уверены, ваша смерть вызовет всенародное ликование. Они сожгут ваши портреты на улицах. И никаких сожалений».

Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»