Парламентские выборы не укрепили легитимность властей Алжира

Алжирские исламисты обвинили власти в подтасовках на парламентских выборах. Объявлено, что первое и второе места заняли партии сторонников нынешнего режима. «Идет процесс централизованного мошенничества, которое угрожает стране», – заявил представитель оппозиции Абдерразак Мукри.

В апреле алжирская газета «Аш-Шурук» прогнозировала получение исламистскими партиями свыше 60%. По данным проведенного изданием соцопроса, 29% готовы были проголосовать за альянс «Зеленый Алжир», 22,8% – за «Исламский фронт перемен», еще 10,6% поддерживали «Исламский фронт за справедливость и развитие». Правящий Фронт национального освобождения (ФНО) занимал лишь третье место – за него должны были проголосовать лишь 11,7% алжирцев.

ФНО контролировал более трети мест в Национальной народной ассамблее, 136 из 389. Согласно официальным предварительным результатам, теперь он будет иметь 220 мандатов из 462. Другая проправительственная партия, Национальное демократическое объединение (НДО), – 68. Исламисты все вместе якобы получили лишь 12% голосов, львиная доля которых приходится на относительно умеренный «Зеленый альянс». Официально объявленные итоги выборов оказались диаметрально противоположны опросу «Аш-Шурук». Такие результаты действительно вызывают серьезные подозрения. Еще в январе Абдельазиз Бельхадем, представитель президента Абдельазиза Бутефлики, проговорился, что исламисты в общей сложности могут набрать до 40%.

Показательно, что в парламент прошли 145 женщин. Это предмет особой гордости алжирских властей. Впрочем, пока речь идет лишь о предварительных результатах, которые должны получить подтверждение Конституционного совета в течение 10 дней. Недовольные могут по закону обжаловать итоги выборов в течение трех дней с момента официального обнародования.

Впрочем, даже если допустить серьезные нарушения (сообщения такого характера реально поступали из разных районов страны), за партии власти все равно голосовало достаточно избирателей. На руку ФНО сыграло и то, что на выборы вышли 44 партии, из которых 21 лишь недавно легализовалась. К примеру, как сравнительно малограмотным людям пожилого возраста ознакомиться с их программами? Притом что на слуху у них уже более полувека легендарный ФНО. Традиционно предстающий в образе освободителя от колониализма.

Как это ни парадоксально на первый взгляд, алжирские исламисты выступают под лозунгами парламентской демократии. Они настаивают на возвращении к конституционным нормам 1992 года, когда парламентское большинство формировало правительство, контролировало его и могло отправлять в отставку. Когда победу на тогдашних выборах одержал Исламский фронт спасения, военные совершили государственный переворот, сохранив светский режим. Целое десятилетие в Алжире бушевала гражданская война. Методы правительственного антитеррористического спецназа и фундаменталистской Исламской вооруженной группы были сходны по степени жестокости. Погибли около 200 тысяч человек. Среди них председатель Госсовета Мухаммед Будиаф, убитый исламистскими террористами вскоре после вступления в должность. Алжирская армия при поддержке антифундаменталистских ополчений с трудом сумела подавить исламистское сопротивление. Но если в 1992-м военные отняли победу силой, то теперь, как утверждают исламисты, это сделано с помощью манипуляций.

Многое будет зависеть от позиции иностранных наблюдателей. Проправительственная пресса заявляет, что в подавляющем большинстве случаев они не имеют претензий. Но 7 мая алжирские власти обвинили наблюдателей в превышении полномочий, вмешательстве во внутренние дела страны и в том, что они «задают вопросы, не имеющие ничего общего с выборами». Имелась в виду миссия наблюдателей Евросоюза во главе с Хосе Игнасио Салафранкой. Руководитель делегации указывал на необходимость реформирования алжирского законодательства. По его словам, власти не дали зарубежным экспертам доступа к спискам избирателей и не позволили уточнить информацию о готовящемся подлоге с голосами военнослужащих.

В МВД Алжира отказ объяснили «конфиденциальностью» таких сведений. «Мы не шпионы, мы друзья Алжира, которые приехали по просьбе его правительства», – возражал на это Салафранка.

Но главная характеристика прошедших выборов – низкая явка. По официальным данным, в голосовании участвовали всего 42,9% алжирцев. Министр внутренних дел Доха ульд Каблия называл и меньшую цифру – 42,36%. Другие источники, типа ВВС, ссылавшиеся на алжирское МВД, передавали, что явка составила всего 35%. Особенно показательна ситуация в столице и в берберских районах, где проголосовали менее трети избирателей.

Иными словами, большинство алжирцев проигнорировало выборы. Точнее сказать, бойкотировало. К этому призывали представители разных политических сил – от бывшего учредителя ныне запрещенного Исламского фронта спасения Аббаса Мадани до берберских активистов. Об этом же писали в своих блогах многие молодые алжирцы, считающие проведенные выборы фарсом. Таким образом, канализировать протестные настроения в парламентское русло алжирским властям не удалось. Для них это очень тревожный сигнал. Призрак Арабской весны продолжает витать над страной. Более того, впоследствии это может быть использовано и внешними силами. Алжирский режим легко обвинить в несоответствии демократическим нормам, поскольку большая часть населения игнорирует его мероприятия.

С другой стороны, еще раз продемонстрировано, что путем демократических выборов крайне трудно одержать победу над режимом «энергоресурсного» характера. Такой исход может стать дополнительным стимулом радикализации оппозиционеров, которых не пустили в парламент.