Приморская смена власти предвещает московскую

В отставке губернатора Приморского края Сергея Дарькина удивителен не сам факт. Этого ожидали давно. Удивительна длительность пребывания губернатора в должности и, пожалуй, мягкость формы увольнения. По официальной версии, заявленной пресс-секретарем президента Натальей Тимаковой, Дарькин «написал заявление по собственному желанию, в том числе по состоянию здоровья». Доверия он, значит, не утратил. В отличие от Юрия Лужкова полтора года назад.

Если причина в низком региональном рейтинге федеральной власти в регионе («Единая Россия» получила здесь в декабре 33% голосов), то отставка «по собственному желанию» может быть воспринята в том же ряду, что уход губернаторов Вологодской и Архангельской областей. Однако среди реальных оснований, активно обсуждаемых экспертами, чаще называются коррупция и провалы в подготовке к саммиту Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества. С другой стороны, непопулярность московских властей в регионе (есть свидетельства и данные социологов, что на Дальнем Востоке москвичей не любят сильнее, чем американцев) могла предостеречь от слишком жестких решений. Оказалось проще и безопаснее убедить губернатора, что у него проблемы со здоровьем.

Может быть, еще важнее настроений населения тесная связь бывшего губернатора с местными группами влияния. Избранный в 2001 году авторитетный бизнесмен Дарькин воспринимался как преемник Евгения Наздратенко – которого с трудом удалось удалить из Владивостока методом «вертикальной возгонки». Затем Дарькин дважды переутверждался в должности – по представлению президента Владимира Путина в 2005 году и президента Дмитрия Медведева в 2010-м. За десять лет при несомненной деловой хватке и местном происхождении вполне можно было выстроить под себя вертикаль местной административно-хозяйственной элиты.

Но срывы сроков и злоупотребления при строительстве объектов саммита АТЭС вызвали раздражение федеральной власти. И насколько можно судить, инициатором снятия губернатора выступил не столько президент, сколько премьер-министр. Так что очень вероятно, что мы имеем дело не столько с одним из последних кадровых решений действующего президента, сколько с первым кадровым решением президента будущего.

Интересно назначение временно исполняющего обязанности губернатора. Владимир Миклушевский перед неожиданным назначением занимал должность ректора Дальневосточного федерального университета. Не так много у нас было ректоров, назначаемых на высокие государственные посты. Правда, нужно учесть, что в 2007–2010 годах он возглавлял в Министерстве образования и науки департамент прогнозирования и организации бюджетного процесса, потом был заместителем министра. Автору этих строк случалось с ним общаться в связи с выполнением исследовательских проектов для министерства. Владимир Миклушевский производил впечатление довольно жесткого администратора и одновременно человека, искренне заинтересованного в применении современных методов государственного управления. Надо отметить, что и должность ректора – федеральные университеты создаются путем объединения ведущих вузов региона – в большей степени административная, чем академическая.

Вчерашние заявления Миклушевского характерны для утвержденного и полномочного главы региона, а не для временной переходной фигуры. Обещания изменить структуру и стиль деятельности администрации, привести новых людей («которые имеют серьезный управленческий опыт, смотрят по-другому на жизнь, имеют достаточно современный взгляд на решение проблем») предполагают, что назначенец обладает достаточными полномочиями. Это относится и к определению главной задачи – декриминализации региона. В то же время «местоблюститель» пока не производит впечатления политического и административного тяжеловеса. Какого логично было бы видеть на изрядно запущенном краевом хозяйстве. Между тем в Приморье уже начинается дележ «дарькинского наследства» – первом объектом становится рыбопромышленное предприятие НБАМР, принадлежащее жене экс-губернатора Ларисе Белобровой.

Уходящий президент демонстрирует активность. В частности, кадровым решением по Приморью. Однако реальные управленческие рычаги (если предположить, что ранее они находились в его руках) явно в процессе перехода. Не самым значимым, но довольно показательным фактом является предложение правительства снять с контроля разработанную по поручению президента программу использования внешнеполитических рычагов для обеспечения модернизации. Под вопрос ставятся прежние декларации в «перезагрузочном» духе. Что вполне согласуется с довольно наступательным, если не сказать жестче, тоном последней статьи Владимира Путина. Так что далекие, казалось бы, друг от друга вопросы внешнеполитического программирования и кадрового обеспечения региональных администраций решаются сейчас в едином контексте.