Португальские президентские выборы словно отчеркнули этап политической истории. Голосовали португальцы в воскресенье. Но обзоры и аналитика только начались. Уже то необычно, что потребовался второй тур — такого не бывало четыре десятилетия. А главное, на пост главы европейского государства реально претендует крайне правый политик. По-настоящему правый и крайний. Редкость по нынешним временам, когда ярлык близок к реальности. В Португалии вообще многое необычно.
Резкий подъём справа обозначился в Португалии трижды за четыре года. Лузитанские националисты эффектно зашли в Ассамблею республики в феврале 2022-го. Уверенно закрепили успех в марте 2024-го. Триумфально нарастили свой электорат в мае 2025-го. Праворадикальная партия стала в стране третьей силой, наряду с право- и левоцентристами. Системные структуры, происходящие от Революции гвоздик, из последних сил возвели санитарный барьер. Который проламывается заходом с фланга — через выборы президентские. Не решающие, но многое меняющие.
Первое место занял Антониу Жозе Сегуру. Респектабельный политик, генеральный секретарь Социалистической партии (СП). Карьерный чиновник, бывший министр в кабинете Антониу Гутерриша, нынешнего генерального секретаря ООН. Его победа была бы политической рутиной. Но Сегуру, хотя и лидирует, собрал 1,75 млн голосов — 31,1%. Вторым пришёл Андре Вентура. Харизматичного лидера праворадикальной партии Шега («Хватит!») поддержали 1,33 млн — 23,5%.
Всего кандидатов было одиннадцать. Бронзовый призёр Жуан Катрин ди Фигейреду возглавляет партию Либеральная инициатива. За него голосовали 900 тысяч — 16%. Четвёртая позиция — адмирал Энрике Говейя-и-Мелу. Популярный организатор антиковидной вакцинации баллотировался как независимый при поддержке Народно-монархической партии (португальские монархисты скорее похожи на анархистов-самоуправленцев). Почти 700 тысяч голосов, 12,3%.
Замкнул первую пятёрку консерватор Луиш Маркеш Мендеш, кандидат традиционных правых — Социал-демократической партии и Социально-демократического центра–Народной партии. Кандидат правящей коалиции Демократический альянс (ДА) заручился поддержкой менее 640 тысяч избирателей: всего 11,3%. На майских парламентских выборах ДА имел втрое больше. Но правый электорат явно оттянулся к Вентуре и Говейе-и-Мелу. Если не к Сегуру.
Катарина Мартинш от Левого блока (ЛБ) получила 116 тысяч голосов — немногим более 2%. Взгляды радикальной социалистки в духе Амилкара Кабрала могут быть притягательны. Но при резком выборе сторонники предпочитают более весомую СП. Антониу Филипе лично особой идиосинкразии не вызывает, но представляет сталинистскую Португальскую компартию (ПКП) — 92,5 тысячи избирателей, 1,64%. И то многовато.
Принципиально беспартийный Мануэл Жуан Виейра с обещанием каждому по «Феррари» и по бутылке «Порто» — отдельная тема. При такой-то программе, и без малого 61 тысяча голосов. Почти 1,1%. Постоянный участник всех выборов известен как художник, музыкант и приколист. Со своей фанатской группой. Так что совсем без голосов он никогда не останется.
Жорже Пинту выдвинут либертарно-экологистской партией ЛИВРЕ: 38,5 тысячи, 0,7%. Ему ещё нет сорока, всё впереди. Лидер профсоюза работников образования Андре Пестана поддержан Движением социалистической альтернативы, но эта группа не выдерживает конкуренции с ЛБ — менее 11 тысяч голосов, 0,2%. Умберто Коррейя баллотировался по приколу, но такие избиратели предпочитают Виейру — так что 4,6 тысячи, то есть 0,08%.
Промежуточные итоги смотрятся третьим триумфом Вентуры. Но только на первый взгляд. Сам Вентура излучает энергичный оптимизм. Это его всегдашний органичный имидж. Четыре года назад за него голосовали вдвое реже, динамика впечатляет. Однако нынешний результат почти в точности повторил прошлогодние парламентские показатели Шеги. Привычный рост от выборов к выборам застопорился. Это тревожный сигнал. Да и прогнозы на второй тур 8 февраля благоприятнее для Сегуру.
Резерв Вентуры — электорат Мендеша. В совокупности выходит около трети. И не факт, что сторонники СДП и СДЦ–НП примкнут к радикальному выскочке. Многие правые могут предпочесть социалиста по «республиканской солидарности» системных партий. Наверняка Сегуру поведёт за собой избирателей Фигейреду — уже близко к половине. Леворадикалы и коммунисты из принципа не пойдут голосовать за «буржуазного пособника», но их голоса мало что значат. Настоящая борьба разворачивается за сторонников Говейи-и-Мелу. А тут уж наверняка сработает «республиканская солидарность».
Происходящее напоминает быстрое восстановление позиций социалистов. Они скандально подорвались осенью 2023 года, когда успешный премьер Антониу Кошта вынужден был уйти в отставку из-за коррупционных подозрений. Через четыре месяца произошла смена власти: социал-демократический кабинет СП сменился либерально-консервативным правительством СДП. (В Португалии право-левые понятия сильно смещены в партийных названиях.) Ещё через год вновь победил ДА. Но подозрения снялись, волна слилась, Кошта стал председателем Евросовета. Гнев избирателей поостыл. Зато вспомнились социально-экономические и культурные достижения времён Кошты. Маятник задумчиво покачивается в обратную сторону. Премьер-министр Луиш Монтенегру, лидер СДП, очевидно встревожен. Поражение Маркеша Мендеша, выбор между Сегуру и Вентурой — так себе звоночки правительству ДА.
Португалия — парламентско-президентская республика. Президент не совсем церемониален, но основные прерогативы исполнительной власти принадлежат правительству. Вентура, по своим политамбициям, конечно, нацелился в премьеры. Его баллотировка в президенты многих даже удивила. Есть, однако, правдоподобная версия: лидер Шеги использует президентскую кампанию как партийный рычаг к будущим парламентским выборам. Ещё один цикл мощной раскрутки, общенациональной агитации, тренировки актива, привлечения сторонников. Деятельная разминка.
Перед португальцами вновь предстаёт программа партии Шега и лично сеньора Вентуры. Ультраправая — если судить по португальским меркам. А если по объективным критериям… Это не трампизм (хотя Вентура выражает почтение американскому президенту), не лепеновщина, не немецкая «альтернатива». Не похоже даже на Кароля Навроцкого в Польше. Тут правый радикализм здорового человека. Свежий ветер из XX столетия. Для современной Европы почти уникально.
Вынести за скобки антимигрантскую жесть (заострённую против цыган, но не расово, а социально, за «иждивенчество на пособиях») — остаются образы национальной традиции, чести фидалго, лузитанских морских подвигов, альянса с Африкой, антикоммунистической стойкости Жаркого лета. Личностная самоценность, семейная верность, общинно-приходская спайка. Непримиримое противостояние коммунизму и культур-марксизму. Презрение к «снежинству». И куда жёстче, чем мигрантов, критикует Вентура госбюрократию — неспособную подавить криминал, виснущую на предпринимательстве, расплодившую очаги аппаратной коррупции. Мудрено ли, что на собрания Шеги ходят с детьми? Что юные спортсмены и ветераны-коммандос в очереди стоят на запись в секьюрити Вентуры?
И вот что кардинально. «Различные политические партии, принадлежащие к той же группе, что и мы, имели связи с российским режимом, с российским банковским сектором. Но мы никогда не устанавливали контактов с режимом Владимира Путина», — поставил точку Вентура. Шега решительно поддержала Украину в войне с РФ: «Для партии, которая защищает национальную идентичность, национальные ценности, нет вопроса, как относиться к государству, нападающему на соседнюю страну». Чёткие и однозначные оценки: Путин — военный преступник, путинизм — в одном ряду с ПКП, победа Украины — сокрушение путинизма и коммунизма. Всё просто, зато и ясно.
Вообще-то возрождению западноевропейского крайне правого движения естественно начаться с западного края Европы.
Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»