В питерском порту полыхает Петербургский нефтяной терминал. Событие символичное. Украинские дроны положили конец великим бандитским войнам девяностых. Особую пикантность ситуации придаёт тот факт, что в это время в Северной столице проходит путинский экономический форум.
ПНТ в Угольной гавани — третья крупная точка перевалки и экспорта нефтепродуктов на Финском заливе после Усть‑Луги и Приморска. На его территории находится 21 резервуар для хранения светлых и тёмных нефтепродуктов. Пропускная способность — 12,5 млн тонн в год. Является предприятием, имеющим стратегическое значение для безопасности РФ.
Понятно, что на заре российского капитализма он стал вожделенной добычей для всех, кто жаждал приобщиться к большому бизнесу. Ещё в начале 2000‑х борьба за ПНТ едва не оборвала славную жизнь Сергея Васильева. Его «Роллс‑Ройс» был расстрелян из автомата посреди Петербурга. Васильев чудом остался невредим — пуля попала в телефон, который он в это время прижимал к уху.
Этот эпизод стал точкой отсчёта для разгрома «тамбовского бизнес‑сообщества». Город окончательно перешёл под контроль федеральной номенклатуры, смольнинских чиновников и связанных с ними госкомпаний. Главным ударом стало дело Владимира Кумарина-Барсукова — лидера «тамбовских» предпринимателей. Присяжные вынесли оправдательный вердикт. Но обвинительный приговор всё же был получен — ценой дополнительных уголовных дел. Государство предпочло лояльного уголовника Васильева и решительно подавило Кумарина, который играл роль альтернативной городской власти.
Но ещё год назад ПНТ оставался ареной другой спецоперации. Елена Васильева, вырвавшая руль управления из рук впавшего в кому мужа, решительно вступила в бой с другими претендентами. Причём проявила изрядную смекалку. Договорилась с военными, и на крыше ПНТ были размещены средства ПВО на случай атаки украинских БПЛА. Таким образом решила сразу две задачи: блокировала Росимуществу вход на терминал и выполнила установку власти о самозащите. Но то ли противовоздушная аппаратура оказалась бутафорией, то ли стрелки подслеповатыми — конец наступил сегодня. Один беспилотник завершил тридцатилетнюю бандитскую эпопею в «столице беспилотных технологий» (так хвастается Беглов).
Пока пожарные тушили полыхающий ПНТ, в 17 километрах открылся ПМЭФ — ещё один путинский символ. Его начало было положено выступлением главных имперских идеологов — Дугина, Малофеева и примкнувшего к ним вологодского губернатора Филимонова. Сказано было много интересного. Например, о том, что автократия в РФ уже заложена, но ещё недостаточно укрепилась (Дугин). О том, что война продлится до 2050‑го (Малофеев). О том, что «многодетность» — залог выхода из депопуляции. Тут, конечно, кто‑то мог бы возразить, что этим залогом куда быстрее и эффективнее станет прекращение мясных штурмов на войне, но — нет. Профессор МГИМО Безруков как раз настаивал, что «нужно научиться с этой войной жить».
На форум должен пожаловать Путин. Но его не дождались — в связи с беспилотной опасностью аэропорт закрыт, самолёты не летают. Но вместо него нашлось кому выступить. «Чтобы таких ударов не было и продолжается СВО», — заявил Песков, комментируя пожарище на ПНТ. Вообще‑то до того, как Путин объявил это «СВО», никому и в голову не приходило бомбить российскую нефтянку. Все ведь думали, что у Путина реально «вторая армия мира». Побаивались.