Российское государство отмечает юбилей одного из своих основателей. Сегодня исполнилось бы 80 лет бессменному лидеру партии ЛДПР. Глава РФ Владимир Путин побывал вчера на торжественной церемонии в Манеже. Руководит торжествами спикер Госдумы Вячеслав Володин. На передовой, как обычно, губернатор Петербурга Александр Беглов: «Выдающийся патриот Владимир Вольфович… Наследие продолжает жить в его идеях…» Как-то вдруг обнаружилось, что Россия уже четыре года обходится без Владимира Жириновского.
Путинский указ об отмечании 80-летия был подписан ещё в ноябре. Это немаловажный политический акт. Недаром на малой родине диктатора цифровыми билбордами подсвечиваются портреты «Жирика». Кое-чем путинизм реально обязан покойному юбиляру и его партии. Недаром кремлёвский официоз канонизирует персонажа, треть века назад казавшегося маргинальным фриком. Редкий случай государственной благодарности. Прижизненно и посмертно.
Эволюция Жириновского — краткая история деградации российской политики. С конца 1980-х вертелся в неформалитете, уговаривал не злить КПСС. Создал ЛДП, принёс справку из КГБ. Триумфально взял бронзу на первых президентских выборах 1991-го. Вышел на первое место при первых парламентских 1993-го. Завлекал запредельным эпатажем. «За кого Вы голосовали? – За Жириновского. – Почему? – А за кого ещё?»
Во второй половине 1990-х Жириновский вдруг переродился в политического лидера братвы. Предвыборные списки ЛДПР раскрылись авторитетам, искавшим депутатской неприкосновенности. Это ставка вывела Жирика на новый рубеж. Сделала его настоящим парламентским боссом. Из тех лет остались довольно точные суждения, антикоммунистическая чёткость. Но он сам соскочил с волны, когда в Кремль зашёл подполковник КГБ. С тех пор ЛДПР сделалась дисциплинированной колонной путинизма.
Идеология и риторика свирепели год от года. Практическая политика стала сплошным и тупым пособничеством гэбизму. «Сапоги в Индийском океане» оказались пустяками перед снабжением «ДНР» и поддержкой нападения на Украину. Именно этим остался Жириновский в политической истории России. А ещё гибелью Галины Старовойтовой.
«Талантливейший из негодяев», — отдавал ему должное Александр Невзоров. «Симулякр оппозиции, канализирующий массовую агрессию в безопасное для власти русло», — называл его Лев Гудков. Сегодня эта агрессия не нуждается в канале. Она перестала быть массовой, зато стала властью. Которая склоняется ныне перед памятью вождя ЛДПР. Что казалось бредом Жириновского, стало фундаментом государственной политики. Что казалось резонными соображениями Жириновского, поросло быльём.
Цитаты Жириновского сегодня развешаны по Москве. «Я такой, какой я есть. В этом моя прелесть» — девиз самонадеянной кремлёвки. Государство неспособно предложить будущее. Зато умеет обиходить труп, выдавая мизантропию за харизму.
Моральное банкротство режима — звучит уже банально. Ни на что иное режим и не претендует. Никому же не приходило в голову обличать Жириновского за безнравственность. Беспредел, прикрытый шутовством — политическое наследие зловещего комика. Символ превращения грязного балагана в кровавый. Не стань Жириновский сооснователем системы угнетения, мракобесия и насилия, не праздновался бы сегодня госюбилей.
«Гонял я этого клоуна по всей Москве», — с ностальгией вспоминал свои встречи с Владимиром Вольфовичем скромный демократический активист, тоже ныне покойный. Просветится со временем и эта часть биографии сегодняшнего юбиляра. Когда сгонят с манежа наследников.
Виктор Фролинский, специально для «В кризис.ру»