Криволинейный эфир

Владимир Путин отвечал на вопросы граждан в рамках «Прямой линии». Мероприятие проводится уже четырнадцатый раз, давно превратившись в ритуал. На этот раз особую пикантность откровенному общению президента с народом придал арест строителя, спросившего о зарплатах в прошлом году и попытка надавить на Михаила Прохорова с целью вынудить к сдаче медиахолдинга экономических новостей РБК.

В начале любой пресс-конференции Владимир Путин любит цитировать статистические сводки, призванные доказывать успехи правления. На сегодняшней «Прямой линии» прошлогодний озвученный список не всплывал. Причина очевидна: отчитываться Путину нечем. В прошлый раз он заявил о росте ВВП РФ на 0,6% за 2014 год; в 2015-м ВВП провалился на 3,7%. Если в прошлом раунде общения с народом Путин мог похвастаться ростом промышленного производства и обрабатывающей промышленности – на 1,7% и на 2,1% соответственно – то на этот раз цифры просто провальные: минус 3,4% и минус 5,4%. Урожай зерновых также уменьшился – со 105,3 до 104,8 млн тонн (один миллион тонн – это количество, способное целый год питать миллион человек при недостатке прочего питания).

Единственное увеличение – в добыче нефти, на тот же миллион тонн. Но этого называть также нельзя, потому что скоро будет совещание в Дохе по вопросу о заморозке нефтедобычи. Российская сторона делает ставку на снижение темпов всеми сторонами – кроме себя. Вчера министр нефти Саудовской Аравии аль-Наими уже дал понять, что мечты Путина останутся мечтами, попросив «и не мечтать» о снижении объёмов саудовских добычи. Учитывая двухдневный вал откровенной лжи государственных информагентств об успехах вчерашних московских переговоров по этому вопросу, Путин не мог поставить себя в двусмысленное положение.

Разумеется, от табличных данных Путин не отказался и на сей раз. Это практика времён «развитого социализма», во времена которого он непрочь отчасти вернуть страну. Но озвучивал он совершенно иные показатели. Инфляция января, которую он назвал «очень высокой», сменилась «низеньким» ростом цен. А всё потому, считает президент, что это – «в известной степени рукотворный результат». Ничего нового: кругом враги, в данном случае – спекулянты и агенты.

Впрочем, головокружение от успехов продолжается и на этой «Прямой линии». Озвучены: рост в сельском хозяйстве, рекорд в жилищном строительстве, низкая безработица, успешное распределение материнского капитала, положительное сальдо торгового баланса. Кроме последнего показателя всё, о чём сказал Путин либо сфальсифицировано (как показатели в жилищном строительстве), либо демагогически сравнивается с «загнивающим Западом».

Это – ситуация с безработицей, которая сама по себе тоже неверно отображена из-за сильного недоучёта Центрами занятости. Вдобавок не сравниваются размеры пособий по безработице. Что касается сальдо торгового баланса, которым Путин затыкал рот журналистам при попытке спросить его о насущных проблемах, то его «положительность» не отражает вообще ничего. Сальдо должно расти, тогда это назовут успехом, а оно наоборот упало.

Сирия, считает Путин, должна воевать сама. Её для этого снабдили всем необходимым. Выборы Асада нужно провести досрочно (смысла в таком переносе российского приёмчика на реалии страны, разорванной гражданской войной, до сих пор не понимает никто). ИГИЛ (запрещённый в РФ) – беда, будем принимать меры. Но ни слова не сказано о бомбардировках позиций антиасадовской оппозиции.

Невыплата зарплат – беда, но во всём виноваты, разумеется, «западные партнёры» и – опять! – спекулянты. При этом Барак Обама – «достойный человек». На вопрос о том, кого из тонущих – Порошенко или Эрдогана – он спас бы первым, Путин уклонился от ответа. Он вообще старался избегать конфронтационных тем. Чем лишний раз подтвердил догадки экспертов о грядущей капитуляции перед Западом, для которой президент лишь старается выторговать более выгодные условия.

Простой потребитель пожаловался на то, что аптечные прилавки завалены дорогой западной продукцией – Путин обещает «урегулировать вопрос» и «импортозаместить». Но когда представитель российской фарминдустрии плачущим голосом заявил в студии о том, что конкуренция с западными аналогами непомерна, ведущая с ехидной улыбкой попросила его «задавать вопросы покороче».

Крымская тематика не порадовала. Путина спрашивали про туризм, на котором, как известно, основано благополучие большинства жителей полуострова. Он вместо этого рассказал о проблемах со строительством моста. То, что «трудно найти подрядчиков», вполне объяснимо на фоне банкротства почти всех (кроме избранных из круга президента) строительных компаний, которые загнали в Сочи. Подслащать пилюлю получается всё хуже. Девушка из Севастополя спросила о сроках налаживания нормальной подачи электричества (чем обвалила все усилия пропагандистов показать, что перебоев со светом в Крыму нет). Но при этом не забыла рассказать о том, что из-за обесточенных гаджетов «дети стали читать больше книжек». Выглядело это настолько жалко, что Путин по этому поводу даже не стал шутить.

Отмечают, что сегодняшняя «Прямая линия» отличилась невероятной скоростью реагирования чиновников на местах. «Интерфакс» настойчиво пишет о том, как после вопроса о невыплате зарплат на Итурупе в течение нескольких минут возбуждено по этому факту уголовное дело. Но о самих зарплатах – ни слова. После жалобы на состояние дорог в Омской области после буквально секундной паузы местное правительство объявляет о новой программе дорожного строительства. Но ответственности за результат никто снова не хочет нести; ведь главное – объявить, а там уж как получится. Тем не менее, на вопрос о «русской хоккейной площадке» в Биробиджане реакции с мест не последовало. Видимо, все поняли это как шутку. Об этом, как и многих других подобных пробуксовках, «Интерфакс» скромно умолчал.

Путин обещает что-нибудь каждый раз, когда общается с народом. Из обещанного выполняется в лучшем случае десятая часть. Самые трогательные случаи обязательно тиражируются и ставятся на первую полосу, видимо потому, что «улучшают имидж» президента. Но в итоге фальсификацией часто оказываются и эти, ни к чему не обязывающие подарки. Как это случилось с подарком для девочки из челябинского Златоуста, которая оказалась племянницей главы администрации. Если это пиар, то концы можно было спрятать и лучше. Похоже, подделывается даже организационное рвение провинциальных нукеров. Или это – недосмотр Пескова, который и сам уже дважды совершил непростительное для пиарщика падение лицом в грязь.

Об остроте задаваемых вопросов давно слагают шутки. Завесу над секретом Полишинеля об обученной аудитории приоткрыл в своё время Олег Кашин, который рассказал про то, как собкор Первого канала в Калининграде Олег Горняцкий привёл к экрану трансляции «Прямой линии» свою знакомую, получившую в итоге микрофон. Горняцкий после этого за раскрытие некоторых приёмчиков пропаганды грозился «набить морду» неугомонному журналисту – тогда ещё даже не оппозиционному. Уровень технической оснащённости операторов тоже не впечатляет. Когда специальный бот, сводящий все вопросы, заданные через СМС и Интернет, получил сообщение из города Асбест, то заявил, что такого города не существует. Впрочем, это давно уже мода, заданная Путиным, который путает Бронштейна с Бернштейном.

Куда менее забавен вчерашний арест строителя космодрома Восточный Антона Тюришева, который прорывался со своим вопросом в прямой эфир с главой государства в 2015 году. Поскольку Путин, как водится, не решил эту проблему за год, Тюришев решил поднять рабочий коллектив на митинг и забастовку. Аккурат к «Прямой линии-2016» – иного способа быть замеченным у него не оставалось. Путин провёл мероприятие без ненужного скандала, реноме спасено. То, что Тюришев получил пять суток за матерную брань в общественном месте, видимо просто неизвестно президенту, который на всю страну признаётся в том, что часто любит применять тяжёлый лексикон. Это же не Тюришев, а Путин, ему можно.

И пока президент обсуждает вопросы применимости матерщины, уговаривает 12-летнюю петербурженку есть кашу и ритуально обещает решить всё остальное, в стране продолжается обычная жизнь. В московском офисе группы ОНЭКСИМ – обыск. Что ищут – не очень понятно, но зачем – вполне очевидно. Михаил Прохоров, владелец холдинга, давно объявлял о продаже информационного агентства РБК. В 2014-м выручить за него бизнесмен планировал $50 млн, чтобы только окупить вложения в развитие действительно качественного и объективного СМИ. По нынешним временам объективность сама по себе является преступлением, за что сейчас страдает Прохоров.

Предупредительные меры, применяемые к нему, преследуют цель сильно сбить цену. Кто санкционировал это откровенное следственно-карательное рейдерство, пока не понятно. Но очевидно, что речь идёт вовсе не о поживе. В кризисные времена медийные активы обесцениваются на рынке. Так что речь не о конкуренции, а скорее всего о реальной государственной атаке. Попытка заткнуть рот последнему и самому крупному достоверному источнику, рассказывающему о положении в экономике страны – продолжение общей тенденции. Например, статьи бюджета засекречены уже почти на 40%. Такими темпами скоро за вопрос о курсе доллара и показателях инфляции станут сажать рядом с Тюришевым.

«Прямая линия» на фоне откровенной попытки заткнуть рот экономистам может говорить о стремлении Путина оставаться единственным источником «достоверных» цифр. Если РБК купят и превратят в очередной НТВ, то объёмы лжи переведут пропаганду в РФ на новый качественный уровень. Путину, уже похвалившему сегодня идею несменяемости власти, это может быть большим подспорьем в деле окончательного отрыва от реальности. О последствиях он, как видно, не задумывается. Или просто не знает других способов хоть как-то отсрочить неизбежное.

Максим Палин, специально для «В кризис.ру»