Новый начальник Службы госбезопасности Грузии (СГБ) Гела Геладзе подписал приказ. Начальником Департамента спецопераций (ДСО) назначен полковник Роман Карцивадзе. До того Карцивадзе возглавлял в МВД Департамент особых поручений (ДОП). Проще говоря, спецназ. Решение санкционировал премьер-министр Ираклий Кобахидзе. Но суть в ином. Ни одно значимое решение в тбилисской властной системе не принимается иначе как по инициативе Бидзины Иванишвили, основателя «Грузинской мечты».
Карцивадзе возглавлял полицейский спецназ менее года. Он появился на этом посту в очередной оборот кадровой карусели силовиков, заверченной после подавления протестов конца 2024-го. Старая силовая гвардия Иванишвили — министр внутренних дел Вахтанг Гомелаури, начальник СГБ Григол Лилуашвили, командир спецназа Звиад Харазишвили, он же просто Хареба — затрамбовала тогда уличные выступления сторонников европейского выбора. Рубеж был отсечён, евроинтеграция остановлена. Номенклатурный режим закрепился, «Грузинская мечта» сбылась. Но и генерация «тельников Бидзины» на том исчерпалась.
Встали другие задачи. Понадобились другие кадры. Среди которых полковник Карцивадзе по-своему эталонен.
Гомелаури в отставке. Вместе с Харебой. Им пока повезло: Лилуашвили просто в тюрьме. Таковы оказались награды за многолетнюю службу Иванишвили. Формальная причина: кейс Георгия Бачиашвили, пытавшегося увести сорок миллионов с хозяйского криптокошелька и слишком топорно взятого, ценой громового скандала. Но реально причины глубже. Наступило время силовиков принципиально иного типа. Уличные разгоны и дубовые захваты перестали быть актуальны. По крайней мере, на взгляд неформального, но верховного правителя. Пришло время жёсткого дисциплинирования элиты. И филигранных операций с влиятельным воровским миром, последними конкурентами режима.
Вместо ярких фигур с собственным ресурсом Иванишвили расставляет по силовым позициям «ненавязчиво усреднённых». Возникших из ниоткуда уже при его правлении. Во главе СГБ недолго пробыл экспрессивный «мечтательный» юрист Анри Оханашвили. После бурного переходного периода начальником госбезопасности стал Мамука Мдинарадзе, ведущий партийный функционер «Грузинской мечты». Под его руководством не только проведено точечное добивание оппозиции. Осуществились несколько крупных индивидуальных мероприятий. Арестованы Лилуашвили и силовик-«мишист» Бачо Ахалая. Доведено до приговора дело экс-премьера Ираклия Гарибашвили.
Ни один из этих людей не считается праведником и не вызывает массовых симпатий. Ждать сочувствия к таким персонажам, как Лилуашвили или Гарибашвили, было бы по меньшей мере странно. Но сама принадлежность к репрессивным органам в современной Грузии подрывает репутацию. Участие в резонансных карательных мероприятиях сжигает её вообще. Мождно сказать, Мдинарадзе пожертвовал собой ради почётного председателя своей партии. Но зато в 33 недели стал из лейтенанта генералом. Во времена Алекси Инаури на это могло уйти 33 года. Уж четверть века как минимум.
Полторы недели назад генерал-майор Мдинарадзе поднялся из СГБ. Для него специально создан ранг госминистра по координации силовых структур. Формально высокая должность, реально без административных рычагов. Пока что, во всяком случае. А на СГБ перешёл преемник Гомелаури в МВД Гела Геладзе, известный меж своими как Гека. Карьерный профессионал без особого колорита.
Именно при Геладзе командовал Карцивадзе бойцами ДОП. И показал себя не слабее демоничного Харебы. Только не в прессовании юношей и девушек с флагом Евросоюза. Ему выпали несколько другие задачи.
Все эти месяцы МВД атаковало последний бастион опасности для мечты — организованный криминалитет. Ключевым актом явилась зачистка в кахетинском селе Кабали. Именно спецназ Карцивадзе создавал для министра Геладзе возможность бравурных отчётов. Оперативная внезапность, концентрированный удар, минимальный публичный резонанс — стилевые особенности Карцивадзе. Далеко не Хареба с его свирепыми блиц-интервью. И не под санкциями, в отличие от него же. Что и требуется Иванишвили от ударного кулака.
Про обоих говорят: освоили манеры криминала. Но Хареба с шумом, Карцивадзе без. Даже коррупционные обвинения против него (нецелевое использование спецназовского оснащения в товарном масштабе) выдвинуты оппозиционными расследователями, но никем пока не доказаны.
48-летний полковник — кавалер ордена Вахтанга Горгасали II степени. Награждён за войну 2008 года, что само по себе о многом говорит. Но известен не по армейской линии, а по Департаменту конституционной безопасности МВД (ДКБ). Спецслужбу времён Михаила Саакашвили при министре Вано Мерабишвили возглавлял Дата Ахалая — брат того самого Бачо. Вано, Бачо и Дата в совокупности формировали силовой таран Миши.
Карцивадзе был заместителем начальника оперативного управления ДКБ. Там он и освоил навыки системного мониторинга элит и негласных спецопераций. Ныне его передвижка в ДСО СГБ похожа на экстренное купирование последствий чисток и восстановление управляемости спецслужбы. Ожидается приток новых кадров госбезопасности из «полевых» специалистов МВД. Логично, вслед за Гекой.
Заметим, Ивашнишвили не ставит Карцивадзе в вину службу в «саакашвилиевской охранке» ДКБ. Нет у него претензий и к заместителю начальника СГБ Левану Харабадзе, офицеру полиции Саакашвили. Скорее наоборот: годится для одёргивания возомнивших о себе «мечтателей».
И правильно. Специалист Карцивадзе служит любому начальству. Полагая, будто служит Грузии. Равно как Геладзе. Как новый министр внутренних дел Сулхан Тамазашвили. Как начальник полиции Мцхета-Мтианети полковник Теймураз Каландадзе — которого, по сегодняшнему ведомственному слуху, ждут преемником Карцивадзе в ДОП.
Политический смысл этих перемещений — придание монолитности силовому контуру. Иванишвили больше не полагается на прежние элитные группы, размытые внутренними конфликтами и скандалами. Зато Геладзе и Карцивадзе равноудалены от старых кланов СГБ, обладают прямым опытом подавления угроз «на земле». Оба призваны заполнить вакуум влияния после падения Лилуашвили.
Тренды далеко перехлёстывают поддержание правопорядка. Среди задач — системное блокирование прозападной демократической оппозиции. Она уже считается конченой, но всё же. И жёсткое противоборство с влиянием воров в законе, которые имеют свои виды на турбулентность в силовых структурах. Карцивадзе в СГБ — фигура синтеза полицейского давления и контрразведывательной аналитики. Опыт Кабали и послехаребовской перезарядки ДОП оказался входным билетом в высшую лигу грузинских спецслужб. Хотя не Инаури, не Мелхиседек Кедия. Не Ираклий Батиашвили с его диссидентским бэкграундом.
Бидзина закончил время идейных. И только сами идейные могут начать его вновь. Пока ещё есть шанс на пролом стены, возводимой полицейскими технократами вокруг олигархического благоденствия. Ибо: «Сила нужна праведному» — учил Дата Туташхиа. А ныне учит своим примером Алеко Элисашвили.
Сергей Шумильский, специально для «В кризис.ру»