Лавровское афротурне многие комментируют иронически. Официозный агитпроп разводит сантименты. То и другое можно понять. Изображать сейчас дипломатические успехи РФ дело тяжкое даже для весельчаков со Смоленской-Сенной. Но визиты министра в африканские столицы глубоко по-государственному осмыслены. Чтобы усвоить смысл, надо не слушать бессодержательные заявления, а присмотреться к маршруту. Кто видит – куда Лавров летал, тот сразу поймёт – зачем.

«В отличие от своих китайских коллег, Лавров в Африке не перерезает ленточки на построенных новых объектах, – анализирует в международном издании Modern Diplomacy кенийский эксперт Кестер Кенн Кломега. – Его поездки полны риторики, обещаний, бесчисленных инициатив, геополитических лекций. Но африканским лидерам нужны надёжные партнёры по крупномасштабным проектам. Со средствами для инвестиций. Времена политических лозунгов давно прошли».

Автор уточняет: доля Африки в российских инвестициях не превышает полутора процентов. Экономический след России на Чёрном континенте едва различим. Кому в таком разрезе могут нужны лекции Лаврова? Однако Москва «продолжает искать поддержку африканских лидеров в своей “специальной военной операции” в бывшей советской республике Украина». И временами находит отклик: «Среди африканских элит, особенно у тех, кто сохранил воспоминания об учёбе в Советском Союзе».

Дипломатия РФ активно разрабатывает африканское направление. В прошлом году Лавров уже пролетал из угла в угол континента: Египет, Конго, Уганда, Эфиопия. В скором времени запланированы визиты в Алжир, Тунис, Марокко, Мавританию. (Это, впрочем, африканский север – Средиземноморье, Большой Магриб. Как говаривал Моиз Чомбе, «Алжир не Африка».) Через полгода задуман второй саммит «Россия – Африка»; первый проведён более трёх лет назад и сочтён успешным. В нынешний заход Лавров побывал в Анголе, ЮАР, Эритрее и Эсватини.

Подбор маршрута говорит сам за себя. Эти правительства оценят лавровские лекции и кремлёвские лозунги. Может, подороже инвестиций. Есть у них на то причины.Эритрейское государство известно как «африканская Северная Корея». Хотя режим Исайяса Афеверки где-то жёстче, нежели Ким Чен Ына. В КНДР проводятся ритуальные голосования, формально существуют даже несколько «партий». В Эритрее ни о чём подобном нет и речи. Государственная идеология – культ президента и армии, государственная политика – военный лагерь и особая духовность. Правящий режим РФ смотрится рядом как отстойник либерализма.

Представитель Эритреи стал одним из пятерых (наряду с самой РФ, лукашенковской Белоруссией, асадовской Сирией и кастровской Кубой) голосовавших в ООН против резолюции солидарности с Украиной. Неудивительно, что несколько часов визита с обеих сторон хлестал сплошной позитив. Много говорили об общем земляке Пушкине. Между делом – о «механизме консультаций по различным вопросам». Больше всего нахваливали друг друга за антизападность. Визит удался.

Южно-Африканская Республика – что называется, «статья иная». В послеапартеидную политико-правовую систему целенаправленно заложены элементы англосаксонских традиций. Власть сменяема. Президент Сирил Рамафоса вступил в должность по итогам выборов 2018 года. Но замены происходят на уровне персоналий. Правящая элита партии АНК держит все рычаги и вполне освоила технологии подавления протестов. Нынешний глава государства непосредственно причастен к полицейскому расстрелу бастующих шахтёров в августе 2012 года.

В Претории российского министра встретили президент Рамафоса и коллега по МИДу Наледи Пандор (её второе имя – Надиа, чему особенно умилился официоз РФ). Поговорили о налаживании партнёрских связей и углублении партнёрского диалога. Лавров поделился беспокойством, как бы Запад не втянул Африку в антироссийские происки. Его выслушали. Визит удался.

Королевство Эсватини (до 2018-го называлось Свазиленд) – небольшая страна. По территории немного больше, по населению заметно меньше Чечни. Одна из двух африканских монархий, наряду с Королевством Марокко. Но Марокко – это средиземноморский север континента. Если говорить об Африке в классическом восприятии, южнее Сахары, то Эсватини единственная монархия. Король Мсвати III – полномочный глава государства. Парламент избирается общинным делегированием, часть депутатов назначается королём. Оппозиционные партии запрещены, протесты подавляются оружием. Идеология – традиционные ценности. Проехать мимо Лавров не мог.

Основатель независимого Свазиленда Сохбуза II правил дольше любого монарха мировой истории. Его реально уважала вся страна. Но коррупционные и семейные скандалы наследника вызывают массовое отторжение.

Король принимает не каждого. С российским коллегой общались министр иностранных дел Тули Дладла и министр обороны и безопасности принц Сикало. Обсуждали в основном, приедет ли король в Россию на саммит (в прошлый раз приезжал). Ответ его величества пока неизвестен. Договорились о безвизе для дипломатов. Визит удался.Ангола – влиятельная региональная держава. В прошлом веке советско-коммунистический бастион и фронт Холодной войны. Подобный афганскому, никарагуанскому, мозамбикскому, вьетнамсколаосскокамбоджийскому. Войска коммунистического правительства и кубинский экспедиционный корпус воевали советским оружием. Потом – успешная перестройка, классика номенклатурного капитализма и «углеводородной диктатуры».

Президент Жуан Лоренсу обучался на военного политрука в Москве. Восемь лет назад, ещё министром обороны, прикидывал с Сергеем Шойгу планы совместной борьбы с «цветными революциями». Ангольскому нацлидеру Жозе Эдуарду душ Сантушу в этом плане удавалось гораздо больше. Фасад многопартийной демократии не мешал монопольной власти олигархов МПЛА, беспределу силовиков, «спецоперациям» в соседних странах.

Ныне ситуация иная, хотя власти и натянули контрольные цифры на августовских выборах. Восстают шахтёры, бастуют таксисты, идут под полицейские гранаты демонстранты оппозиционной УНИТА. Режим МПЛА стал пошатываться. Лоренсу и Путин по-настоящему нужны друг другу. Но первый второму всё-таки нужнее, чем наоборот.

Переговоры Лаврова с Лоренсу (министр и президент почти однофамильцы) шли в формате именин сердца. «В доверительном ключе была проведена “сверка часов”. С.В.Лавров подробно информировал руководство Анголы о целях и задачах специальной военной операции», – сообщает МИД РФ. Пресс-конференцию Лавров давал в зале луандского Дворца правосудия, где в 1976 году судили наёмников Холдена Роберто. «Первая страна, которая вынесла американцам смертный приговор!» – восхищается агитпроп.

Вообще-то американца расстреляли тогда одного – мэрилендского рабочего-подсобника Дэниэла Гирхарта. Двое других казнённых англичане – десантник Эндрю Маккензи и уголовник Дерек Баркер. Четвёртый и самый главный – капрал-парашютист Костас Георгиу – вовсе православный грек с Кипра, хотя и британский подданный. Ещё девять человек – семь британцев (один ирландского происхождения) и два американца (один аргентинского происхождения) – получили тюремные сроки. Это если без пафоса, но точно.

«Во имя всех жертв нацистских концлагерей требую смертной казни!» – воскликнул прокурор Монтейру. Подсудимый Гэри Акер грустно улыбнулся: «Причём тут концлагеря Второй мировой войны? Я тогда ещё не родился». Отвечать ему, разумеется, никто не стал. Но как видим, пользоваться трагедией и величием там умели давно. Не хуже, чем здесь теперь.Московская дипломатия педалирует тему колониализма, африканских счётов с «коллективным Западом» (такие детали, как антиколониальная политика США, выносятся при этом за скобки). Неучастие царской России в разделе Африки подаётся как основание для преференций. В том же ключе звучат напоминания о прежней советской помощи. Но они-то и воскрешают в исторической памяти африканцев картины иного колониализма – коммунистические диктатуры, гражданские войны, произвол комиссаров «соцлагеря». Всё то, по чему ностальгируют сегодня партнёры Афеверки и Лоренсу.

«Россияне и нам пытались навязать систему, которую мы отвергали. Они устроили в нашей стране драму 1976 года — похожую на то, что сегодня творится в Украине. Но мы свободные люди. И уже доказывали это в боях», – написал Абилио Камалата Нума, повстанческий генерал и соратник Жонаша Савимби. «Вы уже пытались навязать ангольцам вашу цивилизацию, которую даже ваши соседи отвергли. Не рассказывайте нам о злых англосаксах. Мы уже слышали это в 1974 году. Ангольцы больше не примут такого рода услуг. Наша цивилизация едина с миром», – слова Паулу Лукамбы Гату, другого генерала и политика оппозиционной УНИТА.

Кремль лихорадочно ищет союзников на Чёрном континенте. Определённые достижения заметны в Центральноафриканской Республике, в Мали, в Буркина-Фасо. Но несложно заметить: эти страны «вывернуты» из-под влияния Франции. Ибо Макрон далеко не де Голль. Думается, Жак Фоккар, легендарный «Мсье Африка», решал бы вопросы иначе. Если бы такие вопросы вообще при нём возникали.

Кремлю критически важно противопоставить хоть что-то нарастанию международного бойкота. Наспех сколачивается усечённое и ослабленное подобие «советской зоны» 1970-х. Как и тогда, базовая основа альянсов формируется на идеологической основе. Место коммунизма или реал-социализма (с чего начинали в молодости и Лоренсу, и Афеверки, и Рамафоса) занимает теперь власть ради власти. Бронированная антизападным шовинизмом, домостройной патриархальностью и культом олигархического произвола. Социально близкие режимы на Чёрном континенте встречаются.

Естественно и отражение. Июнь 1985-го: Жонаш Савимби собирает в ангольской Джамбе антикоммунистических повстанцев с трёх материков. Декабрь 2016-го: конференция Фронта АБН призывает создать антиимперское движение всех постсоветских стран (включая Россию), Восточной Европы, Ближнего Востока – и Африки. Не забудем, что путинизм как система изначально возник именно на Чёрном континенте. Но его основателя уже полгода как нет.

Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»

(Visited 700 times, 1 visits today)

У партнёров