Почти четверть избирателей формально явились на «выборы в Госдуму» в первый день трёхдневного голосования. Среди них глава РФ Владимир Путин и глава РПЦ Владимир Гундяев, известный как патриарх Кирилл. С утра зафиксированы виртуальные очереди в ДЭГ. Следствие банального принуждения к волеизъявлению бюджетников и сотрудников госкомпаний. Гражданское недовольство закупорено наглухо. Но в медиа утекают свидетельства неизбывного страха властей перед живительно всепроникающим «экстремизмом».
По ходу кампании точечно зачищаются остатки инакомыслия. В Свердловской области экстренно сняты пятеро кандидатов. В Москве исчезала и только что появилась вновь Юлия Кузнецова (Харченко) — баллотируется от «Зелёных» под лозунгом «За мир, свободу, природу», каждое слово создаёт перебор крамолы. В Петербурге членам избиркомов от устранённой партии «Яблоко» вручаются повестки в военкоматы. Около сотни избирательных участков названы именами российских оккупантов, ликвидированных ВСУ. «Всенародный праздник» наподобие первых прямых «выборов» в Верховный Совет СССР 1937 года проходит в антураже культа смерти.
Со стартом церемониала символично совпала публикация «Медузы». На школьном сайте станицы Ленинградская в Краснодарском крае висит любопытный документ. Полгода не привлекавший внимания. «План мероприятий по реализации Стратегии противодействия экстремизму в РФ» утверждён вице-премьером Дмитрием Чернышенко (правительственный куратор отношений с КНР). Датирован мартом 2025 года — вскоре после подписания Путиным «антиэкстремистской стратегии». Для служебного пользования. В открытом доступе.
Вероятность подлинности, по оценке «Медузы», не стопроцентна, но высока. На то много технических признаков. Что до обнаружения закрытого правительственного документа в в интернете как на заборе — что называется, это Россия. Чего на фронте не бывало.
Большинство из 77 пунктов — чиновно-мракобесное заунывье. Но есть интересные свидетельства динамики настоящих политических процессов. Радикализм, экстремизм и даже русофобию предписано искать и выявлять — дословно: «среди военнослужащих и гражданского персонала Вооружённых Сил Российской Федерации, Войск национальной гвардии Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации, Министерства внутренних дел Российской Федерации».
Иначе говоря, антирежимные силы окопались в армии, жандармерии, охранке и полиции. Откровенно говоря, не очень пока заметно. Но составителям документа виднее, чего бояться. Дошло, значит, как в «Трёх толстяках»: «Стража махала им шляпами».
Прочее традиционно. Естественно, особый страх вызывают такие социальные группы, как призывники, контрактники, спортивные тренеры. Среда, где востребован резко поднявшийся в показателях нелегальный оборот оружия. Отдельная проблема — оккупированные территории: признано, до какой степени враждебно украинцам режимное духоскрепие. Оно, впрочем, и русским чуждо. Что и проявляется учащёнными ударами изнутри России.
И ещё одна новость электорального дня. Центробанк выкатывает проект тотальной фиксации участников рынка криптовалюты. Персональные данные, IP-адреса, сетевые порты, история транзакций, переписки пользователей — всё в распоряжение ФСБ. Хранить не менее пяти лет. В обязательном порядке установить на криптоплатформах сертифицированные средства оперативно-розыскных мероприятий. Финансирование партизанской борьбы или, скажем, независимых расследований становится серьёзной проблемой.
Но тут коллизия. Правительственный план требует от ФСБ искать врага в рядах ФСБ. Когда на крипту отвлекаться?
Виктор Тришеров, специально для «В кризис.ру»